Спокойных дней не будет. Книга I. Не в этой жизни

– А разве это твоя забота – искать мне жениха?

– Я когда-то обещал твоей матери…

– Найти мне мужчину на свой вкус? Не думаю, что мама взяла с тебя такое сомнительное обещание.

– Не дерзи, Софья! – вспылил Илья, сознавая справедливость обвинения. – Ты знаешь, что мы не примем в семью человека с улицы.

– Мы не примем! Позволь тебе заметить, братец, что ты рассуждаешь, как мафиози.

– Я рад, сестрица, что ты наделена богатым воображением и развитым ассоциативным мышлением, – в тон ей ответил Илья.

Соня подозревала, что решение уже принято, и весь их разговор – лишь его попытка оправдаться в собственных глазах. Или корректная форма приказа.

– А если я вообще не хочу связывать с кем-то свою жизнь? Брак строится на желании двоих быть вместе и дать жизнь третьему. Но для меня эта дорога закрыта. Так зачем мне вступать в формальные отношения с нелюбимым?

– Чтобы не остаться в конце жизни одной.

– Неизвестно, когда наступит конец.

– Это означает, что ты ждешь принца, который прискачет к твоей одинокой башне на белом коне и заберет тебя в тридевятое царство?

– А ты хочешь, чтобы у этого мифического принца оказалась целая конюшня автомобилей, недвижимость по всему миру, банковские счета в Швейцарии и пакет акций в нефтяном бизнесе, не так ли? – парировала она и раздраженно сплела пальцы в замок.

– Туше! – Илья с усмешкой признал за ней победу в этом раунде и слегка поклонился, отступая назад, но Соня отмахнулась и отказалась принимать игру.

– Давай будем объективны: твой Кондратьев тоже не финансовый воротила и не потомственный баронет в пятнадцатом колене.

– Во всяком случае, он не ездит на мотороллере и не торгует в подворотне контрафактными дисками. – Илья сдвинул брови и кашлянул. – Считай, что Николай Николаевич – это некий компромиссный вариант. Ни тебе, ни мне.

– Ни тебе, ни мне? Между прочим, одному из нас придется с ним жить! Дай угадаю, кто это будет! – возмутилась Соня, пораженная его цинизмом. – Объясни, в чем для меня смысл этой жертвы? Или ради какой выгоды ты жертвуешь мной?

Он не смел задавать себе подобных вопросов. Он решал более простые задачи: не думать о ней, как о женщине, ради которой хочется бросить привычную жизнь и в ее объятиях обрести то, что в юности мыслилось, как счастье.