Спокойных дней не будет. Книга IV. Пока смерть не разлучит

– Но если бы я родила от тебя…

Снова этот задумчивый взгляд и попытки перекроить уже давно сотканное полотно их жизни. Он не собирался придумывать себе другую судьбу. В прошлом у нее был муж, и от любовника родилась Белла – дитя адюльтера. Был еще один любовник, чуть не ставший новым мужем, а ей все грезилась школьница в объятиях папочки. Он промолчал, не желая вступать в старый спор. Связь с сестрой – это одно, но рождение детей от этой связи – это было бы уже сверх всякой меры.

– Девочки носят твое имя? – продолжила свой допрос Соня, благоразумно оставив тему совместных детей.

– Нет, условие было жестким: деньги в обмен на имя.

– И сколько им теперь?

– Младшей, кажется, шесть.

Он уклонился от подробностей, но ей и не требовалось знать все о каждом ребенке. Довольно и того, что еще каких-то семь лет назад он спал с женщинами, и они рожали ему детей, а она билась за каждую минуту встречи и всякий раз проигрывала.

– Ты любишь их?

– Это просто чужие дети, – повторил он и провел ладонью по ее спине сверху вниз.

– Они не просто дети, они твои. Девочки растут без отца, и это несправедливо так же, как я росла без матери.

– Я трахал их матерей, только и всего, – нехотя напомнил он и снова раскинул руки по бортикам джакузи, отгородившись от Сони глухой стеной непонимания. – Поздно уже устраивать мне выволочку.

Соня закусила губу и сощурилась, словно пыталась представить себе эти картины одну за другой: четыре женщины, четыре постели.

– Ты ужасный человек, Илья Билецкий! – Она негодующе сгребла в горсть облако поднявшихся пузырьков и отшвырнула их от себя. – Тебя не волнуют ни мужчины, ни женщины, ни дети. У тебя есть чувства, но они какие-то странные, однобокие…

– Не стоит, Софья.

Илья всмотрелся в ее отстраненное лицо, опасаясь, что сейчас она случайно или сознательно скажет нечто, что изменит их и без того сложные отношения. Она была не первая, кто совершал ошибку и пытался научить его быть хорошим и нравственным человеком.

– И если бы я не знала, что это всего лишь удачно подогнанная маска, я бы давно ушла. Но ты не такой… Ты просто никому не позволяешь увидеть себя настоящего.

Спасибо, что она не читала ему нотаций. Даже в трудные минуты непонимания она оставалась любящей женщиной, которую он увел у нахального соперника прямо из-под венца. Единственной женщиной, созданной специально для него.

– И ты убеждена, что знаешь меня? – с облегчением спросил он.