Париж существовал? Забудьте…

– Кстати, ты давно с ней знаком? – спросил Илан.

– Ты хочешь спросить, не к ней ли я приехал? – засмеялся Кристиан. – Нет, я приехал не к ней. Я должен был… – он замялся, – уладить кое-какие финансовые вопросы. С ней я познакомился случайно, она предложила быть моим гидом в обмен на практику во французском языке. Заавит только окончила университет, и язык – это ее специальность. Больше нас ничего не связывает.

– Из иностранных языков у нас сейчас популярен тот, на котором мы сейчас говорим с тобой, – английский.

– Как и во всем мире. Но кто-то же должен изучать и другие языки.

К десяти часам Дорит, извинившись, что покидает их, забрала своих детей и уехала на машине.

– До завтра, – бросила она на прощанье.

– Сестра живет в десяти минутах езды отсюда, – пояснил Илан.

Они с Кристианом остались в беседке вдвоем. Тами и Заавит, забрав детей, скрылись в доме.

– Тебе понравился наш мускат?

– Понравился – не то слово. Вино великолепно. У него нет приторности, часто сопровождающей десертные вина.

– Дорит действительно хороший винодел. Хотя очень часто к ней относятся предвзято. Илан задумался, потом продолжил:

– Мои родители, ожидая первенца, очень хотели сына. И приготовили ему имя – Дор, "поколение". Мой отец мечтал о поколениях виноделов. Когда они узнали, что будет девочка, то нашли производное от Дор – Дорит. У моей сестры мужской характер, профессиональная хватка и опыт поколений. Завтра ты увидишь ее в работе.

Во дворе становилось прохладно, и Илан предложил гостю пройти в дом.

– Кристиан, смотрите, – обратилась к нему Заавит. – Это работа Тали. Как и вся посуда, из которой мы едим.

– Моя жена возится с глиной все свободное время.

Кристиан был искренен в своей похвале, но почему-то ему опять вспомнился разговор с Марго и фраза "можно и искусством".

Они расположились в гостиной.

– Кто из вас играет? – спросила Заавит, увидев гитару, лежащую на пианино.

– Я – на фортепьяно, Илан – на гитаре.

– Можно?

– Да, конечно.

Заавит взяла в руки гитару и стала наигрывать мелодии.

– Вы поете? – спросила ее Тали.

– Немножко.

Она не стала ждать, когда ее начнут упрашивать, а сама запела какую-то незнакомую Кристиану песню. У Заавит оказался очень приятный тембр. Сначала она спела несколько песен на английском, потом перешла на иврит, и Тали стала подпевать.