Женщина из морга

Хорошо, что люди догадались придумать шкафы-купе. В них гораздо удобнее прятаться от мужей, чем в шкафах классического дизайна. Во-первых, просторнее, во-вторых, стоишь ногами на полу и не боишься, что шкаф рухнет вместе с тобой, в-третьих… Алекс закатил глаза к потолку и не придумал ничего третьего. В шкафу пахло Аниными духами. Алекс присел на корточки, стоять надоело. Делать было решительно нечего, выходить из шкафа было опасно. Оставалось сидеть и вспоминать, что они там сегодня вытворяли в постели.

– Андрюшенька, кхы-кхы, – зачем-то покашляла Анна, – я, представь себе, отравилась сегодня чем-то. Жутко так отравилась! – она сделала большие глаза и запахнула халат поплотнее на груди. – Лежу вот в постели целый день, даже не могу выйти на улицу в аптеку, потому что меня шатает, да и в туалет все время бегаю, – в этом месте Анна снизила голос до шепота и скосила глаза в сторону.

– Боже мой! – вскликнул заботливый муж. – Так я сейчас, мигом. Бедная ты, бедная, что ж ты съела такого? Ой, ой, целый день! – Андрей причитал, стоя в дверях.

«Да иди уже, – Анна легонько водила тапкой по паркету, готовая в любой момент сорваться обратно в спальню, вызволять Алекса из шкафа, – отдай свою чертову бутылку и иди!» Анна пыталась мысленно гипнотизировать мужа, тапка слегка соскакивала с ноги, она пихала ногу плотнее внутрь.

– Побежал, побежал, – Андрей, наконец, повернулся к Анне спиной, к входной двери передом и вместе с бутылкой вышел из квартиры.

– Выметайся оттуда, быстрее! – Анна бежала в спальню, на ходу выкрикивая команды. – Выметайся и одевайся, бы-ы-ы-ы-стрееее!!!

Алекс встал, отодвинул дверцу шкафа и неспешно начал одеваться.

– Куда делся муж-то? – спросил он флегматично.

– В аптеку. Я сказала, что у меня понос.

– Ф-у-у-у, – протянул Алекс, подпрыгивая на одной ноге и пытаясь второй попасть в штанину. Алекса шатало, он терял равновесие и в штанину никак не попадал.

– Фу не фу, а смотался в аптеку.

Аниным словом-паразитом являлся «блин». Она это знала, но избавиться от паразита не могла никак. Ей было сорок пять лет, из них как минимум тридцать «блин» являлся частью ее активной лексики. Может и больше, но Анна про более ранние годы точно не помнила. Периодически кто-нибудь пытался ее от «блина» отучивать, но бесполезно.