Оллвард. Разрушитель клинка

Сидя верхом на лошади, командующий казался выше, впрочем, как и большинство мужчин. В отличие от других лордов, он не надевал в поход доспехи. Ему не было нужды играть в войну. Он командовал целой армией и проводил слишком много времени верхом во главе колонны, совещаясь со своими разведчиками и лейтенантами, чтобы беспокоиться о доспехах.

Торнуолл кивнул королеве, рыжая борода выделялась на фоне зеленого мундира. Вышитого на груди льва окружали вьющиеся лозы и шипы – знак его собственной великой семьи.

– Разведчики докладывают, что мадрентийская армия за рекой насчитывает три тысячи человек.

Возможно, – сказал он. Рядом с ним ехали два оруженосца, одетые в такие же мундиры, как и сам Торнуолл. Эрида попыталась вспомнить их имена, которые когда-то легко всплывали в ее памяти. Один с неопрятными светлыми волосами, другой с добродушным выражением лица. Она знала одно – у кого они служили оруженосцами до того, как Торнуолл взял их к себе.

Раньше они носили ярко-красные с серебряным мундиры, на их груди красовался сокол.

«Норты, – подумала Эрида, и ее взгляд стал суровым. – Сэр Эдгар и сэр Рэймон. Рыцари Львиной гвардии, поклявшиеся служить».

Они пали на холмах, их кости поглотила грязь. Ее верные стражи стали первой победой Таристана.

Кроме одного, который все еще оставался в живых. Вспомнив Эндри Трелланда, королева поморщилась. Благородный сын Аскала, оруженосец, собиравшийся стать рыцарем. «И предавший собственное королевство», – подумала Эрида, закипая при воспоминании о последнем разе, когда видела его.

Он выбежал за дверь, оставив позади разрушенный парадный зал, и направился к Корэйн из Древнего Кора с ее Веретенным клинком.

Торнуолл продолжил болтать, и Эрида моргнула, забыв об оруженосцах и их мертвых рыцарях.

– Но каждый день прибывает все больше солдат, – сказал командир, покачиваясь в такт со своим конем. Дорога шла ему больше, чем зал заседаний, его щеки покрыл румянец, серые глаза блестели. – Ходят слухи, что принц Орлеон находится за рекой, он возглавляет сотню облаченных в доспехи рыцарей и вдвое больше воинов.

Эрида ухмыльнулась.

– Думаю, он понял, что я не собираюсь выходить за него замуж, – сказала она, смеясь вместе с леди Харрсинг. Наследный принц Мадренции был одним из многочисленных разочарованных претендентов на роль ее жениха, которого она предпочитала как можно дольше держать в подвешенном состоянии.

Королева встречала принца лишь однажды, на свадьбе дочери Кониджина с каким-то сискарийским герцогом.