Оллвард. Разрушитель клинка

Под ней сверкали церемониальные золотые доспехи, достаточно легкие, чтобы выдержать в них не один час. В них едва ли можно было орудовать клинком, но Эрида никогда не видела неправильный конец меча.

Они оставили позади Каслвуд и ряд своих крепостей. Королевство Мадренция встретило их невидимой завесой. Они пересекли границу при свете дня, не увидев какого-либо сопротивления. Лишь один-единственный камень обозначал границу, по прошествию многих лет и смены погодных условий написанные на нем знаки стерлись. Река все еще текла; осенний лес все еще стоял на месте, окрашенный в зеленые и оранжевые цвета, тем самым создавая впечатление, словно сами деревья приветствовали Льва.

Эрида ожидала, что в другом королевстве будет чувствовать себя иначе, будто слабее. Вместо этого новые земли только придали ей сил. Правящая королева, которой полагалось править империей. Ее ожидало первое нападение, ее первое завоевание.

Город-крепость Рулайн возвышался на юге, у слияния Риверосса и Ривеалсора.

Вражеская армия сосредоточилась на дальнем берегу Риверосса и следила за продвижением противника. Слишком слабые, чтобы встретиться с армией Эриды в бою, они нападали по бокам, словно стервятник, подкарауливающий большое стадо. Это лишь замедлило продвижение галлийской армии, позволив другим отрядам переправиться через реку и осесть там. За ночь они вырыли траншеи и соорудили временный деревянный палисад.

Лев сожрал их всех.

Эрида не знала, сколько мадрентийцев погибли. Она не удосужилась сосчитать трупы своих врагов. И хотя вместе с ними пали сотни галлийских солдат, им на смену пришли другие, призванные со всех концов ее большого королевства. Тяга к завоеванию была у нее в крови, как и в крови всего Галланда. Дворяне, которые сопротивлялись ее первому призыву к войне, теперь быстро скакали верхом, ведя за собой свиты из рыцарей, воинов и ковыляющих позади крестьян. Все горели желанием разделить военные трофеи.

«И мою славу».

Таристан находился вне поля ее зрения, он скакал во главе колонны в сопровождении группы рыцарей из Львиной гвардии королевы. В соответствии с приказом Эриды, такой порядок установили после Лота. Это снискало ему уважение дворян, слишком трусливых, чтобы ехать в авангарде, но и держало подальше от этих гадюк.

«И подальше от меня», – подумала Эрида, обеспокоенная тем, что его отсутствие так сильно беспокоит ее.