Оллвард. Разрушитель клинка

Благодаря своему огромному опыту она знала – нельзя упускать из виду врага, пусть и серьезно раненного.

– Ты, Трелланд, можешь делать, что пожелаешь. Не стану тебя останавливать.

Эндри вскинул подбородок, обнажая смуглую кожу, ранее скрытую воротом туники. Его пальцы коснулись прикрепленного к бедру меча.

– Не надо, – сказала Корэйн, хватая его за бицепс. Плоть под ее пальцами казалась твердой и тугой, словно джутовая веревка. – Не стоит проявлять милосердие к этому человеку, если так ты потеряешь еще одну частичку своей души.

Эндри промолчал, но нахмурился. Затем, осторожно отодвинув Корэйн, он достал свой меч.

– Эндри… – начала она, придвигаясь ближе, чтобы остановить его.

Внезапно по воде пробежала рябь, покрытое чешуей извивающееся существо двигалось под гладкой поверхностью.

Корэйн замерла на месте, ее сердце бешено колотилось.

Змей, пусть один, но все еще смертельно опасный.

Сораса резко остановилась, перестав красться к своей цели. Глядя на происходящее тигровыми глазами, она следила за тем, как монстр открыл пасть и втянул голову солдата внутрь.

От увиденного Корэйн невольно ощутила мрачное очарование, ее рот слегка приоткрылся, пока она наблюдала за тем, как змей убивает солдата.

Но именно Дом покончил с ними обоими, двуручным мечом рассекая кожу и чешую.

Он бросил свирепый взгляд на Сорасу, но она лишь пожала плечами и отмахнулась от него взмахом окрашенной в красный руки.

Корэйн отвернулась, качая головой на поведение этих двоих.

Но Эндри уже пошел прочь, издавая хлюпающий звук, пока двигался по мокрому песку.

* * *

В то время как Сораса и Сигилла обыскивали оазис, ища выживших, остальные ждали на окраине города, где каменная дорога переходила в песчаную. Корэйн сидела на овеваемом ветром камне и благодарила богов за благословенную тень, создаваемую несколькими пальмами. Неясно почему, но она радовалась и теплу. Казалось, будто оно очищает.

Остальные хранили молчание, и единственным слышимым звуком был стук копыт двух лошадей.

Эндри не отходил от песчаных кобыл, расчесывая их и, как мог, ухаживая за ними, используя то немногое, что у него было. Корэйн уже знала, что именно так он справлялся с ситуацией – сосредотачивался на задаче, которую знал. Задаче из его прошлой жизни.

Глядя на оруженосца и кобыл, Корэйн поморщилась. Осталось всего две лошади, и только на одной из них все еще было седло.

– Веретено сопротивлялось, – пробормотал Дом, проследив за ее взглядом.