Оллвард. Разрушитель клинка

Дом согласно заворчал.

Стоящие на краю примитивного тренировочного круга Соколы наблюдали за происходящим, постоянно перешептываясь. Один из них грозно улыбнулся, окинув Сорасу проницательным взглядом.

Эндри напрягся и сжал зубы, вспоминая предупреждение другого Сокола.

Они продолжали говорить, теперь уже громче. Все еще на своем языке, но Эндри понимал, что их слова пропитаны ненавистью. Сораса не реагировала, продолжая собирать свое снаряжение.

Корэйн не отличалась подобной сдержанностью.

Она огрызнулась на айбалийском, слова были такими же резкими и холодными, как и взгляд ее черных глаз.

Соколы лишь расхохотались, глядя, как она шагает по песку, чтобы присоединиться к Эндри и Дому.

– Ты хорошо говоришь на нашем языке! – крикнул ей самый высокий из них, прикладывая палец ко лбу в знак приветствия. – Змея научила тебя и ему?

– Я учу ее только тому, что полезно, – ответила Сораса, не удостоив Соколов даже взглядом. – А разговор с вами занятие бессмысленное.

Теперь уже рассмеялись Корэйн и Сигилла, они скрывали свои ухмылки за разбитыми руками.

Все трое Соколов перестали веселиться и нахмурились. Самый высокий сделал шаг вперед, нахмурив черные брови.

– Наследнику нужна только девушка, – громко сказал он, чтобы все слышали его слова. Он неторопливо двинулся дальше, желая встать на пути Сорасы. – Мы должны отрубить змее голову и оставить ее гнить.

Дом сжал губы и отошел, оказавшись между Сорасой и холодным взглядом Сокола.

– Можешь попробовать, мальчик, – глядя на Сокола, предложил Древний.

 – Не терпится встретиться с этой своей богиней?

К чести Сокола, он не отступил и не выказал и толики страха, даже когда над ним нависла сама смерть.

– Должно быть, ты теряешь сноровку, – заявил Сокол, оглядывая Дома. – Не знал, что амхара нужны телохранители.

Слова Сорасы прозвучали как удар плетью:

– У нас, амхара, много средств для защиты, и мы не всегда используем клинки. – Развернувшись, она продолжила идти спиной назад и на этот раз широко улыбнулась, ее тигриные глаза светились ехидством.

 – Спи спокойно, Сокол, – сказала она, посылая ему воздушный поцелуй.

Сокол отпрянул, словно к нему подлетело отвратительное насекомое.

– Расслабься, Древний, – добавила Сораса, повернувшись к нему. – Птички просто чирикают.

Сигилла встала сбоку от Дома, на ее лице красовалась небольшая улыбка. Она смахнула прядь черных волос с глаз, вращая мускулистыми плечами.