Оллвард. Разрушитель клинка

Соколы носили черные мантии – свободный верхний слой задерживал жар пустыни, позволяя одежде и коже под ними оставаться прохладными. Их головы были обернуты такой же тканью, украшенные лишь косами из золотых, серебряных и темно-синих нитей. Ни шлемов, ни доспехов. Дополнительное обмундирование лишь замедлило бы их путь по пустыне. У каждого из них имелась пара кинжалов, тонкие кожаные ремни были перекрещены на груди, а к каждому седлу крепился меч. Клинки напоминали оружие Сорасы, тоже из бронзовой стали, но изготовленные гораздо более искусно.

Песок поднялся небольшим вихрем, задержавшись в воздухе, даже когда лошади остановились лицом к Соратникам. Соколы оставались сосредоточенными и собранными, но не нападали. Их мечи оставались в ножнах, рты были закрыты.

Сораса удивилась, не увидев среди них короля, ведь Соколам полагалось всегда защищать его. Сидевшие на песчаных лошадях мужчины, все как один молодые и худощавые, образовывали стену из зорких глаз и неподвижных рук. Сораса искала в их лицах отражение другого предводителя, охотясь за малейшим мерцанием власти.

«Совсем не похожие на меня, – поняла Сораса. – Взятую с потерпевшего крушения корабля невольников девочку, спасенную от смерти или цепей».

Несколько всадников смотрели на амхару. Они не встречались с ней взглядом, но рассматривали ее одежду, амхарский кинжал, покрытые татуировками руки и шею. Символы, свидетельствующие о том, кем она когда-то была и откуда пришла.

Она наблюдала, как они негодовали, их взгляды становились все мрачнее, а лица искажало отвращение. Стражи короля не любили убийц. «Нас даже можно назвать врагами», – подумала Сораса. Ее сердце колотилось, пульс сбился с ровного ритма.

Стоящий рядом с ней Дом придвинулся ближе, окинув ее взглядом, в котором читался вопрос. «Он слышит, как быстро стучит мое сердце, – поняла Сораса, борясь с нахлынувшим чувством стыда. Стиснув зубы, убийца попыталась замедлить сердцебиение. – Слышит мой страх».

«Сорок Соколов не задумываясь убьют такую, как я, даже если я больше не амхара. – Она разочарованно сжала челюсть. – Даже если я пытаюсь спасти мир от полного уничтожения».