Шкатулка

Моё безмятежное босоногое детство пролетело в маленькой альпийской богом забытой деревушке. А потом в соседний дом приехали новые жильцы, и я увидел её… Она была старше меня, красивая, темноволосая, с удивительными изумрудными глазами. Она стала моей яркой и недосягаемой звездой. Детская беспечность сразу улетучилась: я понял, что люблю. Не по-детски – по-взрослому, навсегда. А она не замечала меня. Мне нравилось бродить по холмам и горам, мечтать, наблюдать за животным миром, собирать цветы и травы…

Собеседник кладёт мне на колени альбом с гербариями, и я оказываюсь в мире удивительных цветов: пеларгония луговая, аквилегия, купальница, примула, горечавка, горец змеиный…

– А сейчас, милая дама, я хочу показать вам нечто удивительное – цветок эдельвейса – символ мужества и отваги, цветок любви и верности.

Встречается эдельвейс только в горах, у границы вечных снегов, там, где бездонные пропасти и холода заоблачных круч. В народе называют его «шелковая косица», «белая звезда». И однажды я подарил ей букетик эдельвейсов, чтобы выразить свою безмерную любовь. Боже, я чуть не погиб, срывая эти цветы! А она… Она засмеялась, взяла букетик и ушла, не сказав мне ни слова.

Потом она вышла замуж. Я уехал в столичный город, поступил в университет. А когда вернулся, узнал о несчастье в семье возлюбленной: она родила ребёночка, которого её муж задушил ночью подушкой, когда тот плакал и не давал спать. Он это сделал неосознанно: просто положил подушку сверху, чтобы не слышать плача.

Это случилось, когда она была в ночной смене.

Я встретил её у магазина, потухшую, поблёкшую, но всё такую же любимую. А через полгода вся деревня плясала и пела на нашей свадьбе.

Мне предложили хорошую работу в небольшом промышленном городке, и мы, собрав нехитрые свои пожитки, уехали в новую жизнь.

Потом родилась наша малышка, хорошенькая, розовощёкая, с такими же прекрасными глазками, как у жены. Я любил, и мне казалось, что и жена любит меня, пока не узнал от соседей, что она встречается с другим.

Разговор был коротким: она собрала вещи, сказала, что не может пока забрать дочь с собой, и исчезла из нашей жизни на пять лет.

Вернулась она дождливой ночью, промокшая и беременная. Мы приняли её с дочкой и прожили ещё семь лет счастливой семьёй, без упрёков и обвинений.

Дети подросли. Мне казалось, супруга успокоилась и была всем довольна.