Мир, в котором я люблю

Я молчала и молчание затягивалось.

– Веста?! – голос наследника прозвучал настойчиво и нетерпеливо.

– Красс, твои слова для меня полная неожиданность… Я хочу спросить совета у отца, – от смущения я не могла ни связно говорить, ни связно мыслить. Признание Красса не было похоже на те изысканные речи которые приходилось слышать от очарованных и влюбленных юношей-придворных. Все сказанное им – кратко, сухо, по существу… Но, он не обычный юноша, наверное, так и нужно…

– Считай, что я уже спросил, и он не против.

Я знаю, что Король Сарадона не откажет будущему Императору.

– Но для такого предложения обязательна формула, благословенная охранителями и Высшими Богами, иначе это просто слова, которые ничего не значат, – разум пытался хоть за что-то зацепиться, получить еще немного времени, чтобы подумать над происходящим.

Наследник поморщился, стал на одно колено и произнес: «Веста, прежде чем принести клятву в вечной любви и верности в Храме Вечных Богов, беру в свидетели всех охранителей Империи в том, что добровольно, без принуждения и злых умыслов, выбираю тебя своей невестой.

Тебя же прошу – выбрать меня своим женихом. Если через два месяца по каким-либо причинам брачные клятвы богам не будут принесены, я прошу не держать на меня зла и считать себя свободной от взятых сейчас обязательств».

Мне ничего не оставалось, как ответить ему: «Красс, прежде чем принести клятву в вечной любви и верности в Храме Вечных Богов, беру в свидетели всех охранителей Империи в том, что добровольно, без принуждения и злых умыслов, я выбираю тебя своим женихом.

Если через два месяца по каким-либо причинам брачные клятвы богам не будут принесены, я прошу не держать на меня зла и считать себя свободным от взятых сейчас обязательств».

Наследник поднялся, отряхнул колено и ловко сдернув со своего безымянного пальца кольцо, надел его мне со словами: «Считай, что это кольцо залог нашей вечной любви». Кольцо сверкнуло пурпурной искрой. Он легко коснулся губами моей руки.

У меня же на пальцах было только одно кольцо, ранее принадлежащее моей матери, и я не могла его отдать. Нет, только не его!! Красс ожидал и от нетерпения уже начал притопывать ногой. Обещания мы произнесли, но завершить их должно обменом колец. И тут мне пришла в голову мысль отдать Крассу родовую печать, которая выглядела как перстень, но носила я ее в небольшом карманчике на поясе, из-за массивности и немного большего чем нужно размера.