Под крестом и за пиками

Молодые люди уселись за столик перед диваном, друг против друга, и Зинаида тут же начала:

– Я получила абсолютно прелестное письмо от нашего дорогого Александра Михайловича! Он все никак не может забыть произведенный нами фурор на том балу в русском стиле, – добавила Зинаида, обращаясь к Елизавете. – Сколько уж лет прошло? Восемь?

– Уже десять, – ответила великая княгиня. – А он все вспоминает, хм!

– Так после у нас балов—то и не было, – фыркнула Зинаида. – Твоя сестра, императрица, подобного не жалует.

– Вы были великолепны, матушка. Так станцевать русскую, как вы, никто бы не смог, – сказал Феликс с улыбкой.

В каком—то ящике стола должна была заваляться памятная колода карт, где Зинаиду в боярской платье изобразили в виде пиковой дамы. Замысел заключался в том, что Юсуповы принадлежали к служилому сословию дворян, а те самым непосредственным образом были связаны с пиками и штыками. Известную еще тогда своей глубокой религиозностью Елизавету удостоили крестовой мастью, потому что крест – символ христианства.

– Милый Сандро, – мечтательно вздохнула Зинаида и как будто между прочим: – Он прислал фотографию своей дочери. Не правда ли, удивительная красавица? Элла считает, что она даже лучше нас тогдашних.

"Эллой" родными и близкие звали великую княгиню.

– Ирина – хорошая девушка, – сказала Элла. – Она застенчива, но мне она понравилась, когда я смогла ее разговорить. Я видела ее пару раз с великими княжнами в Зимнем.

– Как не был я избалован женской красотой, будучи Вашим сыном, матушка, и Вашим подопечным, Елизавета Федоровна, но Ирэн действительно прелестна, – сказал Феликс, разглядывая фотографию. Нежнейшая, безупречная девушка с бархатными глазами.

Ее матерью была родная сестра императора, а отцом – великий князь из далекой, но влиятельной ветви дома Романовых. Даже будь Ирина уродиной, хвост женихов за ней стоял бы без конца и края.

– А зачем это Александр Михайлович рассылает фотографии своей дочери? – завелся вдруг Дмитрий. Он сидел, вцепившись в подлокотники кресла до белых костяшек.

– Видимо, хотел похвастаться невестой на выданье, – не моргнув глазом, ответила на вызов Зинаида. Ее голос в миг потерял все сахарные нотки.

– Она ещё не обручена? – спросил Феликс рассеянно и передал фотографию Дмитрию. Тот положил ее на стол, взглянув лишь мельком.