Алиен

Шестерка гнедых, погоняемая кучером, шла крупной рысью.

И карета, и лошади, и кучер принадлежали прекрасной юной герцогине, спешащей на встречу с тем, кто был выбран ей в мужья.

Герцогиню предупреждали, что путь, пролегающий через лес, пользуется недоброй репутацией, но она отказалась от дополнительной охраны, ограничившись несколькими слугами, которые, однако, очень быстро покинули ее на произвол судьбы и без оглядки бросились спасать свои жизни, едва дорогу перегородила рухнувшая внезапно сосна. Человек шесть разбойников кинулись к карете, один из них схватил под уздцы лошадь, второй ударом кривой сабли свалил на землю кучера, третий уже открывал дверцу кареты, приговаривая: «О, какая славная добыча! Не желаете ли поделиться вашими драгоценностями, леди?» И пока бледная, как мел, герцогиня, отбивалась от цепких рук, в общий шум и ликующие крики разбойников добавились новые ноты, не предвещающие для последних ничего хорошего: лязг стали и боевой клич.

Когда атаман отпустил вырывающуюся герцогиню и обернулся, трое его товарищей уже лежали бездыханными, сраженные неизвестным рыцарем на вороном коне, возникшем непонятно откуда. Дрался тот мастерски: один против целой оравы, он как будто был сильнее их всех вместе взятых, и преимущество было явно на его стороне. Когда четвертый из шайки пал, попав напоследок под копыта разъяренного вороного жеребца, перед рыцарем встал атаман, криво ухмыляясь:

– Ну что, сразимся, мастер клинка?

Тот не ответил, а лишь пришпорил коня, который совершил неожиданный резкий прыжок вперед и наверняка сшиб бы атамана, если бы он не отскочил в сторону.

– Эй, так не честно! – крикнул разбойник, взмахнув саблей и успев отразить удар всадника.

– А нападать на безоружных путников – честно? – голос из-под шлема звучал глухо.

Следующий удар рыцаря едва не попал в цель, но атаман снова успел увернуться. Однако силы явно были неравны, и вот уже разбойник оказался распластанным на спине, а дрожащий, сияющий клинок уперся в его горло.

– Пощади, – прохрипел он.

Глаза сквозь прорези забрала глядели холодно и жестко.

– Я не щажу врагов, – был ответ.

Брызнула кровь. Когда рыцарь обернулся, оставшиеся в живых разбойники уже исчезли.

Из кареты, все еще бледная от пережитых волнений, выбиралась герцогиня, поправляя порванное на плече платье. Испуганные лица разбежавшихся слуг начали появляться из-за деревьев.

Брезгливо обойдя распростертое тело атамана, герцогиня приблизилась к своему спасителю.