Посеяв Ветер. Пришлые-2

Сгусток выданных «памятью» технологий уместился в метровой высоты кубе, установленном на круглом помосте в центре отсека. К помосту ведут жгуты кабелей, питающих цепи блоков и возвратных модулей.

– Шестьдесят пять процентов мощности, – доложил один из ассистентов Натана.

В машинном зале ожили резервные генераторы, отправляя в творение учёных недостающие мегаватты энергии.

– Сто процентов.

Куб на мгновение окутался золотистым сиянием. Шкалы уровня энергии ухнули вниз.

– Есть.

В голосе капитана звенит неприкрытое злорадство.

– Знаете, Натан, – капитан сделал над собой усилие, гася всколыхнувшие душу чувства, – я до последнего момента не верил, что такое возможно, но сейчас, – ровные зубы капитана обнажила недобрая улыбка, – сейчас просто весело.

Не слушая капитана, Натан следит за громоздким транспортом. Казалось, ничего не изменилось, и корабль продолжает скольжение. Вскоре к всеобщему удовольствию корабль, не сделав попытки сбросить скорость, влетел в проём огромного, способного поглотить грузовик целиком распахнутого шлюза.

Полыхнуло так, что сработали фильтры. Вокруг шлюза вспучились поля обшивки, выбросив в космос потоки света вперемешку с внутренностями отсеков.

Блокирующие станцию республиканские корабли вышли из скрытного режима и разрядили орудия. Потоки поменявших структуру боеприпасов стеклом рассыпались от удара о борта станции. Несмотря на повреждения, силовое поле космического города исправно восстановилось.

– Приятно, – рассматривая последствия тарана, произнёс учёный.

С чувством хорошо выполненной работы он прикрыл веки и откинул голову на подголовник кресла. Переждав вал эмоций, улыбнулся не сводящему с него глаз коллективу и коротко кивнул.

– Повтор. Начнём со старта, стократное замедление.

Один из ассистентов призвал к жизни запись. На экране появился отсек с испытуемым оборудованием. В момент запуска куб начал терять очертания и бесследно исчез.

– Хорошо, – потёр ладони учёный, – теперь транспорт, тысячекратное замедление.

Изображение широкого, приплюснутого с краёв звездолёта, максимально приближенное системами визуального контроля, передавалось в мельчайших подробностях.

Туша транспорта, усеянная непривычной формы надстройками, блестит чёрным глянцем.