Лунный князь. Легенда

Но тут каменная ступень под ногами дрогнула, и поползла в бок, втягиваясь в стену. Лестница вся пришла в движение, исчезая на глазах, и я ринулся вниз, понимая, что не успею спуститься. Последние сажени я падал и больно ударился о дно колодца.

Но и это было не все.

Потолок начал быстро опускаться, обламывая торчавшие кончики утопленных в стены ступеней: не все ушли до конца, что говорило о скопившейся в пазах пыли.

Значит, механизмом не пользовались очень давно, и вряд ли он приводился в движение самопроизвольно, как в Нертаильском дворце.

Следовательно, его кто-то запустил. Кто-то хотел раздавить меня в этой ловушке, и заподозрить в измене я мог только людей из княжеской свиты: далеко не всем пришлось по нраву, что в замке хозяйничает «демон».

Уже чувствуя холод летевшей вниз каменной плиты, я перекатился в проем ближайшего карцера. Пресс с гулом упал, закупорив выход намертво. Даже щели вверху не осталось.

Происшествие до жути напомнило мне падение в колодец Лабиринта десять лет назад, до мурашек по спине.

Я поднялся на четвереньки, и в глаза тут же бросилась еще одна странность: перстень князей Энеарелли на пальце мерцал тусклыми золотистыми искрами, ясно обозначилась шестилучевая звезда с двумя кольцами в центре и хаотичной паутиной между лучами.

В глазах расплывался багровый туман, но, оглядевшись, я уловил еще один золотистый отсвет. На металлической стене проступал слабый рисунок, в точности повторявший орнамент печатки.

«Так это не карцер?» – озарило меня.

Я приложил перстень к стене, даже постучал – никакого эффекта, кроме металлического звука, неприятно отдавшегося в голове, словно я сам заехал себе по ушам.

Сняв печатку с пальца, я крутил ее и так, и сяк, и все без толку. Может, надо было какие-то заклинания прочитать, но дед их мне не открыл, да и не было у нас возможности поговорить о тайнах родового замка: то я днем валялся в бреду, то он ночью.

А раз не открыл, значит, достаточно перстня.

Я надел перстень, покрутил на пальце. Когда я повернул его печаткой к ладони, он вспыхнул ярче, как и печать на стене. Я с силой нажал ладонью на стену, совместив перстень со светящимся орнаментом. Что-то кольнуло палец и обожгло так, что хотелось отдернуть руку, но я сдержался и был вознагражден: толстенный металлический лист завибрировал и поднялся, открыв ход – узкий, по ширине плеч рыцаря в полном доспехе, довольно массивного рыцаря, надо признать.