Тим. Часть 3

– Сайдон испытал их в схватке за Мелорон, – добавляет она.

– Значит, мы у своих.

– Не значит. Ортэр вырубил меня глушаком, а на произведённых Сайдоном образцах его нет. Я знаю, о чём говорю. И я говорю ещё раз: это железо живёт своей жизнью и висит здесь очень давно.

Глава 5

Приобретённая на Сайдоне привычка напомнила о себе при первой возможности. Фыркая и отдуваясь, Тим подолгу и с удовольствием каждое утро стоит под упругими струями воды. Торопиться некуда, в его распоряжении неограниченное количество времени.

Оказалось, что, изнывая от безделья в Новом Вироне, Тим даже не подозревал о настоящем значении этого слова.

С момента пробуждения в пустом медицинском отсеке прошло двенадцать дней. Из доступных занятий здесь только сон и еда. Как выяснилось, он способен по многу часов сидеть на месте и бездумно таращиться сквозь толщу бронестекла в подсвеченную звёздами пустоту. Тим каждый день поднимается на балкон и, занимая дальний крайний диван, подолгу сидит напротив иллюминатора.

Не раз за эти дни возвращался к словам Ани. Теперь Тим тоже склоняется к тому, что станция необитаема. Он вывихнул голову в поисках причин нахождения здесь древнего объекта и попадания их с Аней на его борт, но лишь смог себя убедить, что они здесь застряли. Тим всё чаще посматривает на тренажёры и книги, но разом кидаться на то малое, что хоть как-то способно скрасить одиночество, пока не решился.

При мысли об одиночестве уголки его губ слегка дёрнулись. Как-то взявшись оценить себя со стороны, Тим почему-то решил, что он, как и Эйшор, по складу одиночка.

Рыжая Аня наглядно показала, как он заблуждался относительно их обоих.

Тот короткий диалог оказался единственным за все эти дни. Услышав его мнение, она просто встала и молча покинула пункт питания. В тот же день заговорил с ней ещё раз, но в ответ послушал тишину. На следующий повторил попытку и теперь, встречая её то в одном, то в другом отсеке, Тим молча проходит мимо.

Несколько дней назад, услышав её истошный вопль, Тим очертя голову взлетел на балкон и удивлённо замер.

Ожидал увидеть что угодно, но не то, что увидел. Первая мысль: Аня сошла с ума. Растрёпанная, с выражением бешенства на лице, она, в голос исторгая проклятия, молотила диван. Пиная мебель, рыжая не успокоилась, пока не отломала подлокотник, вырвала из крепежа металлическую пластину и не изрезала в лоскуты спинку и сиденье.

Затем последовало мгновенное преображение: потеряв к дивану интерес, Аня сникла.