Тим

Смутно понимая, что здесь, может не сразу, но со временем появится возможность начать поиск родных и обидчиков, почти принял решение.

– Кем я здесь стану? – заглянул он в глаза командиру.

– Равным среди равных. Труд опасный, с чем связан, ты знаешь, но плюсов, включая высокую оплату, тоже хватает.

– Почему я, ведь они знают, кем я был?

– Кем ты был – значения не имеет. Во взводе потери, людей не хватает. Это во-первых. Во-вторых, ты не отказал, сделал, когда попросили. Без пинков и приказов по собственной воле рискнул жизнью, не испугался, а это качество здесь ценят.

– Глушитель? – переспросил Тим, – прибор, лишивший вас связи?

– Именно, – подтвердил офицер, – даже не поняв, что сделал, ты в том бою сделал больше, чем каждый из нас. Сие и явилось основной причиной нашего предложения. Если согласен, то все, что я сказал, ты слышал; нет – определят к ремонтникам, и до ближайшей системы придётся оплатить проезд работой.

– Я с вами.

– Ты принял правильное решение.

– Можно вопрос?

– Разрешите, – поправил лейтенант.

– Разрешите вопрос. Что стало с убитыми в арсенальном распределителе?

– Их принял космос, ровно так же, как всех павших на крейсере, сейчас тебя поставят на довольствие, – продолжил он как ни в чём не бывало, – осваивайся. Дежурный, – повысил лейтенант голос.

На пороге возник тот же широкоскулый коренастый пехотинец.

– Определишь его на место Даковского. Всё, солдат, – командовал офицер, – обживайся, слушай, что говорят, делай, что прикажут, об остальном теперь есть кому позаботиться.

Едва отпустив, командир вновь окликнул.

– Чуть не забыл. За глушитель капитан назначил вознаграждение. Сразу дам совет: разделить премиальные со всем взводом.

– Вознаграждение? – переспросил Тим.

– Вознаграждение, – ещё раз повторил офицер, – такое здесь тоже бывает, но это сейчас неважно, важен знак, что готов делиться, тебе теперь с этими людьми под смертью ходить.

– Лейтенант верно говорит, – поддакнул безучастный до этого дежурный, – это будет правильный поступок.

– Я не против.

***

– Малой, – разнеслось под сводами солдатского блока, – иди-ка присядь с нами.

Этого ждал, это случилось. Весь день Тим отлёживал бока на удобной, установленной на массивный амортизатор застеленной койке.