Гармония. Повести и рассказы

И она уже ничего не слышала: и как пришёл Иван, и как он о чём-то спорил с отцом. И лишь когда дверь с невероятным скрежетом скрипнула, она, вздрогнув, приоткрыла глаза. Замерла и, притворившись спящей, с нарастающей тревогой стала незаметно вглядываться в очертания силуэта. Она сразу узнала его. Это был её родной дядя. Шаркающей походкой подойдя к кровати, он присел у её ног.

– Прелестница, тростиночка моя, – вдруг услышала она его приглушённый голос, – ты так меня возбуждаешь, что я уже ничего не могу с собой поделать, – и, внезапно вцепившись в джинсовую ткань, стал пытаться стянуть джинсы.

Резво приподнявшись, она села. И как ни в чём не бывало потянулась. Увидев пружинисто изгибающую фигуру красавицы, он с придыханием прошептал:

– Девочка моя, ты даже не представляешь, как я хочу тебя, как желаю ласкать твоё молодое тело, как жажду прикоснуться к очарованью.

– Ты что, старый, совсем обалдел?! – негодующе всплеснув руками, возмутилась Алеся.

– Какой же я старый, – обидчиво пробормотал Владимир Петрович, – мне же и пятидесяти ещё нет. А я бы как никто научил тебя любви. Да и от тебя ничего не убыло бы. Только опыта набралась бы. Не девочка поди уже.

– Вон! – вскочив, гневно вскрикнула девушка. – А если ещё хотя бы раз начнёшь приставать, живо маме и жене твоей пожалуюсь. Вот сестрица-то «порадуется» за братца своего.

– Да ладно, пошутил я. Проверка то была, – и он, подскочив как ошпаренный, быстро удалился.

Долго после этого не могла уснуть девушка. Всё ворочалась, обдумывая произошедшее.

«Надо что-то делать?» – потупив взгляд в пол, размышляла она. Так ничего не придумав, с этим и заснула. Но на этом приключения не закончились. Под утро с шумом ввалился Иван. И со словами «где здесь недотрога» схватил её в охапку. И, дыша перегаром прямо в лицо, стал срывать с неё одежду. Но в какой-то момент, ослеплённый её красотой, замер.

– Какая же у тебя, сестрица, точёная фигурка, – застыв от изумления, бормотал повеса.

А Алеся, обхватив голову руками, разрыдалась.

– Что же делать?! Что же делать?! – покачиваясь из стороны в стороны, сквозь слёзы всхлипывала она. И вдруг, подскочив, стала лихорадочно собирать вещи.