Вопреки судьбе

 – Отличный вид, одобряю!

– А с Капустой что? – спросил Дым, созерцая светящиеся окна дома, что высился над парком.

– Откуда я знаю? – вспылил Наган. – У него спрашивай.

– Точно на работе все хорошо?

– Да, все довольны, всё отлично, – Наган бросил окурок с балкона – полетела вниз красная точка, затерялась в траве, невидимая с шестого этажа.

Дым ненавидел тех, что гадит там, где ест, но стыдить Нагана не стал, как и не стал говорить о том, что Ленка пыталась с ним кокетничать три года назад.

Когда они вернулись, Алан встал.

– Мне пора домой, – извиняющимся тоном сказал он.

Капуста положил руку ему на плечо:

– Ладно тебе. Посиди с нами, неизвестно, когда еще раз так соберемся. Давай лучше выпей, – он принялся наливать Алану вино, приговаривая: – Как дед говорил, если людына не пье, вона або хвора, або велыка падлюка.

Алан скривился и отстранил бокал:

– Ты же знаешь, я хвора падлюка. Да и за рулем…

Наган поддержал Капусту:

– Тут, вон, гостевая, всем места хватит, – он пьяно осклабился, повернувшись к Юльке, та сглотнула слюну, посмотрела на Аню и проговорила:

– Пожалуй, нам слегка пора.

– Да че вы, девчонки, оставайтесь, – Наган поднялся, пошатнулся – Дым успел поддержать переворачивающийся стул и подумал, что приятелю совсем паршиво, раз он так надрался.

Капуста усадил его, тогда Наган обратился к Оле:

– Ну хоть ты-то останешься?

Дым сжал кулаки. Если усмирять быкующего Нагана, будет показательный бой. Он, конечно, пьян, но даже в таком состоянии опасен.

– Ань, извини, но мы пошли. – Оля перекинула через плечо сумку и направилась в прихожую следом за Юлькой. Дым отправился их провожать. Сказал у двери:

– Не обижайтесь, беда у человека.

– Ничего, – пожала плечами Ольга, встала на цыпочки и поцеловала Дыма в щеку. – Еще увидимся!

– Нахал! – воскликнула Юлька, хлопнув дверью, по лестнице застучали ее каблуки.

Дым вернулся к гостям. Надутая, как сыч, Аня обхватила себя руками.

– Наган, какой же ты козел.

Дыма мало интересовали условности типа всяких праздников, восьмых марта и двадцать третьих февраля, но за Аню было обидно. Она так мечтала об этой квартире, так хотела наконец позвать друзей и порадоваться вместе с ними! Нагану долго придется искупать вину.

Наган выглядел пристыженным: потупился, разглядывая ногти, и пробурчал:

– Простите, не знаю, что на меня нашло.

Возле него крутился Капуста: то ли успокаивать собирался, то ли усмирять.