Тактика Диверсанта: Никто не вечен

Девушка ойкнула, наступив на покачнувшуюся под ней каменную плиту.

– Простите за беспокойство, – проговорила она, встав напротив меня. – Но я просто в отчаянии! Не знала, что делать. Всё закрыто, а ваш особняк поблизости единственный.

– Входите, – я посторонился, впуская её в дом. – Согрейтесь.

– Да я не замёрзла. Почти. Меня зовут Елена. Просто Лена, – она дружелюбно улыбнулась, продемонстрировав белые ровные зубы.

– Владимир Оболонский, к вашим услугам.

– Ой, ну какие услуги, – смутилась моя собеседница.

 – Мне бы только позвонить.

– Сюда, – я проводил её к телефону, расположенному на маленьком столике возле лестницы. – Оставлю вас, чтобы не мешать. Хотите чаю или кофе?

– Нет-нет, ничего не нужно. Мне и так жутко неудобно, что я вас разбудила.

– Я ещё не ложился. Работал и не заметил, как пролетело время.

– Правда? Не думала, что… Ой, простите! Это не моё дело.

– Что аристократ работает? – я улыбнулся. – Преподаю литературу в Университете. Работа это или нет, судите сами.

– Ого! – она принялась рыться в сумочке из крокодиловой кожи. – Где же визитка? Простите, что задерживаю.

– Не смущайтесь. Так, может, всё-таки выпьете что-нибудь?

– Не хочу беспокоить ваших слуг.

– У меня их нет.

– О! Но у вас такой большой дом…

– Знаю. Это всё, что осталось от былого состояния. Едва свожу концы с концами.

Девушка достала, наконец, картонку.

– Ура! Нашла!

Она принялась набирать номер. Я деликатно отошёл, но мне было отлично слышно, как она вызывала автосервис.

Или, скорее, делала вид. В то, что у неё заглох мотор, я не верил ни на секунду. С другой стороны, кто её подослал и зачем? Никому ведь, вроде, не известно о моей тайной жизни. Это заставляло всерьёз задуматься.

– Спасибо, буду ждать, – проговорила моя гостья и повесила трубку. – Ну, вот, приедут через полчаса, – сказала она, взглянув на меня. – Даже не знаю, как вас отблагодарить.

Я махнул рукой.

– Ничего не нужно, пустяки. Подождите здесь, если хотите.

– Ой, спасибо.

Это было бы здорово, – она застенчиво огляделась. – На улице холодновато. Да и поздно уже. Неприятно одной. Тогда, может, и правда, чаю? Я сама заварю, если покажете, где кухня.

– Ну, пойдёмте.

Я направился на половину слуг, а девушка последовала за мной.

– Вы тут один живёте? – спросила она спустя полминуты. – Простите, если лезу не в своё дело.

– Не беспокойтесь. Должны же мы о чём-то говорить, верно? Да, один. Мои родители погибли несколько лет назад.