Нежилец

Следователь просматривал материалы по делам, которыми занимались разные «убойные отделы» – на предмет совпадений, но ничего обнадеживающего не проклевывалось.

Около часа Самсонов отправился обедать в ближайшее кафе. Мобильник зазвонил, когда он допивал чай с лимоном.

– Да? – спросил он, увидев, что на экране высветилось «Дремин».

– Валер, ты где?

– Обедаю.

– Тебя Башметов ищет. – Голос у следака был странный. – Срочно!

Самсонов замер: неужели новое дело?! Наконец-то!

– Что случилось? – Он резко встал, оставив кружку, и полез за бумажником, чтобы расплатиться.

– Тебе лучше поторопиться.

– Все так серьезно?

– Уж поверь! – проговорил Дремин совсем глухо.

Что-то в его голосе заставило Самсонова насторожиться.

– Ладно, – сказал он, – скоро буду, я тут недалеко.

Отсоединившись, Самсонов оплатил счет и вышел на улицу. Слова и тон Дремина вызвали дурные предчувствия, хотя было совершенно непонятно, что могло такого случиться в его отсутствие.

Взглянув на небо, он с удивлением обнаружил набегающие с востока темно-серые тучи. Было душно – как перед сильной грозой.

Сунув руки в карманы ветровки, полицейский торопливо направился к управе.

Там его встретил Дремин.

– Похоже, завтрашнее торжество отменяется! – бросил следак, едва увидел Самсонова.

– Да что случилось-то?!

Дремин замялся, что было на него не похоже.

– Может, лучше спросишь у Башметова?

Самсонов открыл было рот, чтобы высказать все, что думает о Дремине и вообще обо всех, кто изъясняется экивоками, но в этот момент открылась дверь кабинета Башметова, и в коридор выглянул начальник.

– Услышал твой голос, – сказал он Самсонову. – Почему тут болтаешься до сих пор? Я тебя жду, между прочим.

– Уже иду, Павел Петрович. Кое-кто тут шифруется. – Следователь кивнул в сторону Дремина.

Башметов смущенно кашлянул:

– Я тебе объясню. Зайдите оба.

Самсонов и Дремин вошли в кабинет и устроились на стульях перед столом Башметова. Начальник опустился в вертящееся кресло и сложил руки перед собой. Обежал взглядом репродукции Эшера, развешанные по стенам. Самсонов внезапно понял, что вид у него растерянный, и это было поразительнее всего.