Go-Go Girls апокалипсиса

Билл поднял кружку:

– Ваше здоровье.

Мортимер попробовал «Желтую мочу Фредди». Она более-менее пахла пивом, но в котором кто-то мыл свои яйца. Однако после третьего глотка Мортимер почувствовал, что головная боль немного отпустила.

– Могу я посмотреть на одну из этих монет?

– Конечно.

Мортимер повертел монету в руках. Она была тяжелой, вероятно из свинца или никеля с плотным серебряным покрытием, меньше серебряного доллара, но больше пятидесятицентовика. Примитивная чеканка. На одной стороне надпись «ОДИН АРМАГЕДДОНСКИЙ ДОЛЛАР», на другой – изображение грибовидного облака.

– Что это за черт?

– Армагеддонский доллар, – ответил Билл.

– Да, эти слова сбивают меня с толку.

– Монеты используются как валюта во всех заведениях Джоуи Армагеддона.

– В этом месте своя валюта? И сколько таких?

Билл пожал плечами:

– На вашем месте я бы сразу обменял на армагеддонские доллары содержимое ваших саней.

– Почему я должен это делать?

– Прежде всего потому, что сумка с монетами куда легче, чем эти чертовы сани.

– А если я захочу купить что-нибудь не у Джоуи Армагеддона?

Билл усмехнулся, потягивая пиво:

– А больше ничего нет.

Мортимер спросил бармена, где он может обменять свои товары на деньги. Бармен указал на дверь.

– Сейчас вернусь, – бросил Мортимер Биллу.

Он вышел к саням, осмотрелся вокруг, достал из-под брезента бутылку «Джонни Уокера», принес ее внутрь и прошел через указанную барменом дверь.

Маленький человечек сидел за проволочной сеткой с небольшим окошком, как банковский кассир. На табурете в углу примостился огромный негр в армейских обносках и красной феске. Он выглядел мрачным и опасным. Автомат М-16 в руках не делал его более дружелюбным.

У седовласого человечка за решеткой на носу красовались очки с толстыми стеклами и за ухом карандаш. Он посмотрел на Мортимера без особого интереса.

– Да?

Мортимер прочистил горло.

– У меня кое-что есть.

Человечек зевнул.

– Для покупки или для продажи?

Мортимер поставил на прилавок бутылку «Джонни Уокера».

– Для продажи.

Глаза человечка расширились.

– Это настоящее?

– Да.

– Раньше к нам приходил кое-кто. – В голосе человечка послышались нотки предупреждения. – Он просверлил пробку и наполнил пустую бутылку домашним пойлом. Мы избили его, а мэр приговорил к месяцу на велосипедах. Я спрашиваю снова: это настоящее?

– Настоящее, – ответил Мортимер.