На железном ветру

Сжав ладонями виски, он изучал какой-то документ и, пожалуй, не видел и не слышал происходящего вокруг.

– Давайте знакомиться, – продолжала брюнетка, на которую недовольство Кости не произвело ровно никакого впечатления. – Меня зовут Сима, ее, – она кивнула на подругу, – Шура. А вас? Михаил? Славно. Простите за нескромный вопрос, Михаил: сколько вам лет? Вы на редкость хорошо сохранились.

Шура низко склонилась над машинкой, плечи ее заходили ходуном. Сима закусила губу. Но глаза выражали простодушие и невинность.

Мысленно посылая ее ко всем чертям, не дрогнув, однако, ни единым мускулом, Михаил сообщил, что с первого февраля ему пошел восемнадцатый год. Внутренне напрягшись, он готовился отбить следующий выпад. К счастью, не успела веселая Сима рта раскрыть, как Костя Спиридонов отложил ручку и, взяв Михаила под локоть, сказал:

– Не обращай на них внимания, товарищ Донцов. Работа у них скучная…

Он подвел Михаила к одному из столов, что находился в углу, между дверью, ведущей в коридор, и дверью кабинета.

– Не обижайтесь, Миша, – сказала Сима им вдогонку, оставив за собою последнее слово.

Костя коротко вздохнул, как бы предлагая Михаилу взять за образец его собственную, Костину, выдержку.

– Значит так, – сказал он, откинув пятерней сползший на брови чуб, – здесь твое рабочее место. Во-первых, – он назидательно поднял указательный палец, – вот в этой книге, – отпер выдвижной ящик стола, достал большую канцелярскую книгу, – будешь регистрировать информацию, которая поступает в наш отдел.

Во-вторых, старайся писать грамотно, коротко, но внятно. И, в-третьих, крепко запомни: дело это секретное. Тебе доверяется жизнь людей. Сболтнешь где лишнее – и ша, человека нет. Врагу только намек дай, дальше он сам сообразит. Так что о работе ни с кем ни слова. Ни с отцом ни с братом. Наш отдел входит в СОЧ. Ясно?

– Ясно. А что такое СОЧ?

– Секретно-оперативная часть. Подписку о неразглашении служебной тайны давал? Ну вот.

Распорядок дня такой: с девяти до пяти – работа, с пяти до девяти вечера – перерыв. С девяти до двенадцати – опять работа. Не заскучаешь. Прими ключ, не потеряй смотри.

Костя отошел к своему столу. Михаил остался один на один с регистрационной книгой. Секретарь ему понравился. Особенно тем, что без церемоний перешел на «ты».

Ровно стрекотали машинки. В дальнем углу тихонько, точно мышь, шелестел бумагами смуглый юноша.