История одного Рода

И десятки глаз устремили взоры на своего вожака.

– А мы и не собираемся отсиживаться здеся. – И он, поглаживая бороду, задумался.

– Ну давай, выкладывай, не томи, говори скорей, что там опять надумал, – раздался тот же нетерпеливый голос.

– А начнем действовать таким же образом, как и наши вороги поступают с нами: будем устраивать им засады, – тряхнув головой, решительно произнес староста.

– Правильно глаголешь, Василько. Давно пора устроить басурманам такую баню, чтобы навсегда забыли, как шастать по чужой земле.

– Вот и договорились. Тянуть с этим делом не будем. Сегодня же в ночь и отправим самых «молодых» в разведку, – с прищуром и с какой-то невероятной живинкой в глазах рассуждал вслух Василий, – надо же разузнать, где и когда, да и какими группами ходят степняки в дозоры, чтобы неожиданно встретить их нашими «гостинцами».

И, окинув быстрым взглядом сельчан, остановил свой взор сначала на Миловане, а затем, резко переметнув взгляд на Калинку, кивнул головой.

Стояли последние весенние деньки.

Разбившись на два отряда, крестьяне, скрытно подкравшись к кустам, залегли в засаде по обе стороны предполагаемого пути половцев. И как только всадники показались, увидевший их первым Василий, незаметно приподнявшись, махнул рукой. И сразу в ответ с противоположной стороны донеслась трель соловья.

– Глазастый Микола, – удовлетворенно улыбнувшись, полушепотом пробормотал Василько. И вновь воцарилась напряженная тишина, только иногда нарушаемая шелестом нежно-зеленых листьев да щебетом птиц.

– По первому басурману стреляю я, по второму – Милован. А ты, Калинка, вместе с остальными четко распределите оставшихся так, чтобы у каждого был лишь один поганый, и чтобы только одна стрела в одночас достигла определенной цели, – прервав молчание, тихо и четко отдал команду Василий. После чего, победно ухмыльнувшись, добавил: – А в тыл по замыкающимся степнякам вдарят ребятки Миколы.

И когда немногочисленный отряд половцев поравнялся с засадой, лучники, натянув луки, одновременно выстрелили. Стрелы, сверкнув, со свистом вонзались в тела ненавистных врагов. Вздыбившись, ржали кони. А стрелы, не переставая, уже со всех сторон всё продолжали и продолжали настигать противника. Падая на землю, всадники зачастую попадали под копыта взбесившихся лошадей.