О судьбе о нашей трудной

Туда, где тетеньки веками

Сидят с потухшими глазами;

Где задевают косяки

Веселенькие мужички?»…

И вот, поддавшись чьей-то воле,

Сидит романтик в этой школе,

Где однозубый трудовик

Не мыл три года свой парик;

Где ходят лысые подростки,

Учительницам пудря мОзги;

Где завуч в облаках парит,

Пьет пиво и как пень молчит;

Где дамы с красными носами

Сидят и мутными очами

На тетю нервную глядят

И глупости ей говорят.

Зачем им эти диаграммы,

Когда вокруг сплошные драмы,

Когда намедни в гаражах

Мужья напИлись в пух и прах?.

Не топят школу и в морозы,

Сто лет назад засохли розы,

Бутылки брошены в углу,

Гора окурков на полу.

У класса парни хлещут пиво,

Смеются очень некрасиво,

Учебники, тетради рвут

И из окна на куст плюют.

«Эй ты, купи мне кальвадоса!» -

Кричит кому-то дядя грозно -

«Давай быстрей беги, сынок,

Сейчас закроется ларек!».

И мальчик наш от этих «шуток»

Стал сам на нрав и внешность жуток,

И смотрит он на белый свет

Сквозь дым «советских» сигарет.

В своих мечтах он – врач действительный,

Но рок, судья для нас невидимый,

Ему другое присудил -

За то, что он с людьми не мил.

ПРИМЕЧАНИЕ: в стихотворении речь идет о бывшем студенте профессионально-технического училища, который не смог его окончить и поступил в вечернюю школу, где учились элементы общества, слабо приспособленные к культурной жизни

Программа «1С Бухгалтерия»

Глава всех яппи и повес

Опять не в ту дыру залез.

Отправив в аут статус генный,

Преодолел он нрав надменный.

Бухгалтером решил он стать.

Заранее не мог он знать,

Что этот номер не проходит

У тех, кто как оболтус бродит.

Кто ходит с ветром в голове,

Не приживется тот в Москве,

Ославлен будет как крамольный -

Суров к приезжим град престольный.

Но для невежды этот «С»,

Как для младенца – темный лес:

Он ничего не понимает,

От знаков недоумевает.

Он возле «бабушек» сидит,

Тоскливо на экран глядит…

Там числа странные и буквы,

Да и живот раздулся с брюквы.

Подумал он, как и всегда:

«Зачем же я пришел сюда?..

Зачем машу я кулаками

И кирзовыми сапогами?»…

Но поздно плакать, и, увы,

Уж не видать ему Москвы;

Он понял истину простую:

Потратил силы он впустую.