Возвращение Жигана

 – Знаешь человека почти шесть лет, и все это время он кажется тебе спокойным и уравновешенным, как сфинкс. Он в рот не берет ничего крепче чая, хотя у него под руками выпивки – море разливанное, и вот именно этот человек неизвестно где накачивается, съезжает с моста и оказывается в трех метрах под водой. Это несправедливо! В это невозможно поверить! А наш мудила-шеф мало того, что в жопу пьяный колесит по городу, сбивает четырех человек, пускает под откос встречный «москвичок» с целой семьей и под, конец врезается в столб.

Когда его выволакивают, он не вяжет ни уха ни рыла, а на следующий день выписывается из больницы не только без единой царапины, но и даже, по-моему, без мало-мальски серьезного штрафа… – Он горестно всплеснул руками, быстро отхлебнул из стакана и сказал в заключение: – Это могло случиться с кем угодно, только не с Олегом. Он был лучшим из нас.

В глазах Иваныча блеснули слезы. Он взял сигарету и стал лихорадочно искать спички. Я подлил ему еще и поднес зажигалку.

– Спасибо, – пробормотал он глухим голосом.

Трудно было понять, истинное ли чувство или выпивка вызвали в Иваныче эту повышенную чувствительность. Так или иначе, но в этот момент, полагаю, он полностью верил в искренность своих слов.

Какое-то время все молчали. Наконец я решился:

– Вам не приходила в голову мысль, что он мог сделать это умышленно?

Они оба уставились на меня.

– Как это? – сказал Котик. – Ты хочешь сказать, что это самоубийство?

Я не стал отвечать. Котик посмотрел в другую сторону, а когда я снова увидел его лицо, то заметил на нем отблеск саркастической улыбки.

– Нет! – сказал он. – Олег? Самоубийство? Что ты!

Я продолжал смотреть на него. Он явно скептически отнесся к этой идее.

– Не понимаю, зачем?

– Вот это мне и хотелось бы знать, – заметил я.

– Вряд ли, – сказал Котик. – Олег был… он был не из паникеров, он мог найти выход из любого положения. К тому же у него не было повода для такого поступка. Я бы знал об этом. Последний год мы виделись каждый день на работе, его волнение не укрылось бы от меня.

– Но оно могло оставаться незаметным? – предположил я.

– Да нет же, он вообще был всегда очень ровным. Даже настроение его никогда не менялось.

– А когда ты видел его в последний раз, каким он был? – спросил я.

– В воскресенье. Точно таким же, как всегда. Вовремя пришел, много работал. Ничего особенного…

Иваныч налил себе изрядную порцию.

– Все, что он делал, – продолжал Котик, – он делал, как всегда.