Возвращение Жигана

У гроба, кроме нас с Диной, стояли еще две соседки.

Мужчин было катастрофически мало, учитывая, что мне как прямому родственнику те же обычаи не разрешали носить гроб. Однако его уже надо было поднимать и тащить, а тащить было некому. Положение спасли двое мужчин, которые пришли к самому выносу тела: один лет пятидесяти, второй – двадцати трех – двадцати пяти. Сразу можно было сказать, что они бармены. Отличительная черта профессии – шея в белоснежном воротничке и при бабочке. Но все их изящество пропадало при взгляде на пыльные ботинки.

Они подошли и встали чуть поодаль от нас, склонив головы и опустив руки. Затем, когда пришло время, они бодро подхватили гроб спереди, а мы с Компотом взялись сзади. Никогда не представлял, что это окажется такой тяжестью. Сбоку забежал еще и шофер автобуса, спасибо ему. Музыка грянула дурным медным ревом.

Неожиданно нести мне стало легче, я оглянулся и чуть не обомлел, увидев мента в форме, который подменил меня у гроба и тихо сказал:

– Давай, давай, отойди, не положено тебе.

– Дабыч! – тихо простонал я, узнавая закадычного друга своего раннего детства Сережку Дабытова, белобрысого мордастого паренька. Таким же белобрысым и мордастым остался он спустя двадцать лет, только взгляд стал посерьезнее.

– Потом поговорим, – бросил он сквозь зубы.

Поговорили мы в катафалке.

– Надолго сюда? – спросил Дабыч.

Я отрицательно помотал головой и спросил в свою очередь:

– Ты знаешь, как он умер?

– Разбился на…

– Я имею в виду, как он на самом деле умер.

– Официальная версия… – начал было он.

– Но ты же знал Олега!

– Меня не допустили к материалам следствия, – пробормотал он. – Но формально все было чисто. Мост, разбитый автомобиль, содержание алкоголя в крови…

– В крови моего брата не мог содержаться алкоголь, и ты это знаешь, – упрямо повторил я. – Значит, ты ничем не лучше его убийц. А может быть, и заодно с ними.

Он встал с сиденья, подошел к шоферу, что-то сказал.

Тот остановил машину и открыл дверь.

Дабыч вышел, не попрощавшись и не посмотрев на меня.

К кладбищу мы спускались вниз с холма. Было светло, дул ветер, и без того тусклое солнце застилали низкие серые рваные облака.

На кладбище бармены стояли чуть поодаль, склонив головы и опустив руки.

Пока Компот толкал речугу, я держал Дину за руку. Небритый могильщик в старом выцветшем военном мундире пялился на девушку. Старый, грязный козел! Встретившись со мной взглядом, он едва не свалился в могилу.