Черный рыцарь Артур Ярош. Книга 1. Заступник обездоленных

На его троекратный стук скоро раздался в ответ молодой женский голос:

– Кто стучится в такой поздний час ночи?

– Это я, Ядвига, – ответил Артур. – Открой скорей.

В следующий момент Артур уже очутился в передней и запер за собою дверь.

Пред ним стояла стройная девушка необыкновенной наружности. Курчавые волосы, почти красные, обрамляли её голову пышными волнами, покрывая её шею и плечи.

Красивой девушку назвать было нельзя. У неё были слишком неправильные черты лица, вдобавок покрытого веснушками в таком изобилии, что и на её лбу они сверкали, словно маленькие золотые монеты.

Но из-под её тёмных шёлковых ресниц смотрела пара чёрных сверкающих глаз, светившихся энергией и решимостью. Тонко очерченный рот, розовые губки, из-за которых выглядывали белые, как жемчуг зубы, делали эту 16-летнюю девушку симпатичной и даже привлекательной.

Ядвига была дочерью старого слуги покойного Яроша. Она раньше жила в этом доме со своим отцом-рыболовом. Ещё ребёнком отец брал её в свою лодку; на дне лодки девушка прислушивалась к вою ветра и монотонной песне бурных волн широкой реки.

– Вы здесь, господин? – невольно сорвалось с уст Ядвиги. – Хвала Всевышнему, что вы спаслись от преследователей!

– Ты знаешь все, Ядвига?

– Все! – ответила она и, вдруг схватив его руки, стала горячо целовать их.

– Ядвига… что с тобой!..

– Я целую руки героя! – возразила она. – Смерть тиранам!

Но Ярош, указав рукой на дверь спальни, спросил ее:

– Мать… известно ли ей все?

– Всё то, что произошло у эшафота, – ответила девушка. – Два раза злодеи были здесь и перерыли весь дом, надеясь найти вас. Это-то окончательно убило вашу мать.

Артур Ярош поднял к небу свои глаза с выражением бесконечной мольбы и отчаяния и, тихо открыв дверь, вошел в комнату матери.

– Дорогая мать, – дрожащим голосом заговорил он, – добрая, милая, что они сделали с тобой?

Старушка молчала, но слегка приоткрыла глаза. Он опустился на колени и устремил свои глаза на бледное иссохшее лицо старушки. Он видел над её изголовьем уже витавшую смерть.

– Успокойся, мамочка. Я здесь, твой Артур! Они не сделают тебе зла.