Пара для иштара

Его странные глаза смотрели на меня гораздо дольше, чем на кого-то из толпы, в них даже промелькнуло не то любопытство, не то легкая заинтересованность. А у меня от него аж мурашки пошли по спине – абсолютно черные склеры с красноватой радужкой выглядели довольно жутко, но ему это очень шло, придавая его виду какую-то темную притягательную ауру. Но с той же величавой неспешностью он проехал дальше по улице. В тот момент я подумала, что мне это показалось. Мне ничего не оставалось, как только сидеть верхом на своей лошади и ждать, когда уже этот парад закончится, и люди, наконец-то, разойдутся и дадут мне спокойно проехать.

5. Джейсон

Я возвращался от старшего брата, который снова устроил мне головомойку. Снова один из этих папаш-наседок пожаловался, что я насильно увел в свой замок его дочку. Его прямо завалили жалобами всех мастей. Вот только мне никогда не приходилось никого насильно тащить к себе – эти девки сами прыгали ко мне в койку с радостью. Ведь каждая из них считала, что она та самая, которая сможет выдержать всю силу иштара и стать матерью его детей.

Моя сила была настолько велика, что сам император не мог со мной долго находиться в одном помещении. Это было мой дар и мое проклятье. Даже друзья – сильнейшие маги империи не могли находиться со мной рядом больше недели. Они становились вялыми, теряли интерес к жизни и всему, что вокруг происходит. Я подавлял всех окружающих, да и мои глаза уже давно почернели от бурлившей внутри силы, а радужка приобрела красноватый оттенок.

Потому и содержал целый гарем этих куриц – ведь одна ночь со мной равна недельной апатии и слабости. А во время секса я мог и не сдержать свою силу и вообще убить их. По истечении года я отправлял их обратно с крупным вознаграждением. Больше никто не выдерживал, а становиться убийцей молодых обедневших аристократок или купеческих дочек я не хотел от слова совсем. Многие родители пользовались этим и наперебой предлагали мне купить их дочурок.

Вот и снова, въезжая в свой город, я наблюдал, как жительницы всех возрастов от шестнадцати до шестидесяти призывно улыбались мне, размахивая лентами и букетиками цветов, выстроилась целая толпа.

Я медленно скользил взглядом по этому цветнику, пока мой взгляд не зацепился за что-то выбивающееся из общей картины.

Это была незнакомая мне девушка, сидевшая верхом на краоле. В ее лице не было никакой заинтересованности в происходящем.