Паштет из соловьиных язычков

Тем временем люди, возвратившиеся с реки, держа в руках кувшины, пытались потушить пожар, но огонь уже бушевал со страшной силой. А рабы пожарной команды преспокойно сидели в повозках и ковыряли в носах пальцами. Когда жильцы попытались набрать воды из бочек, рабы отогнали их палками!

– Правда? – удивился Красс. – Вот негодяи! И что же было дальше?

– А дальше дом сгорел! – проорал Лукулл. – А соседние дома, на которые стал перекидываться огонь, были благополучно потушены рабами, поскольку их хозяева либо успели продать их, либо заплатили по пятьсот сестерциев за тушение пожара!

Лукулл, захлебнувшись гневом, схватил со стола кувшин с вином и присосался губами к его горлышку.

– И это пожарная команда?! – спросил он, затихая постепенно. – А вольноотпущенник?! Жулик! Причем жулик не простой, а скоростной… Он, скорее всего, учился на юриста в одной из твоих ремесленных школ.

– У меня хорошие школы, – попытался перевести разговор в другое русло Красс.

– Да, – приходя в себя после припадка ярости, согласился Лукулл. – Купил парочку. Один из них, кстати, чудесно готовит в печи свиную матку с нерожденными поросятами…

Он задумался на секунду, решив, видимо, тему не менять, и продолжил:

– На следующее утро я осмотрел квартал и узнал, что все соседи продали свои дома тебе. Причем за бесценок, так как они обгорели.

Красс, не выдержав, рассмеялся.

– Смеешься? – поинтересовался Лукулл. – Смейся. Только не забудь своему скоростному вольноотпущеннику награду выдать.

– Выдам, – пообещал Красс. – Так ты продашь мне этот горелый дом?

Лукулл спросил, за какую цену хочет купить горелое место Красс и, узнав сумму, ответил:

– Нет.

– Зря, – сказал Красс. – Там пепелище. Больше, чем я предложил, за это место никто не даст.

– Еще как даст, – не согласился с ним Лукулл. – И дашь именно ты.

– Правда? – голос Красса был полон иронии. – Ты уверен в этом?

– Да. Мой горелый дом сейчас окружен твоими доходными строениями. Я расчищу место и размещу там питомник для лисиц. Их будут лупить по ночам палками, чтобы они верещали и не давали спать твоим постояльцам.