Сверхпустота

Может быть, только Космический Защитник, да и то вряд ли. Опасность заключена совсем в другом.

– Идем обратно, – строго приказал Герман, хотя было видно, что мысли его витают далеко-далеко, а голову занимает что-то совсем другое – Ничего не произошло и не случилось, но мне нужно подумать и обсудить кое-что с другими людьми из экипажа. Давай поторопимся. Ты же не забыл, какой сегодня день?

– Четверг?

А ведь, и правда, он совсем запутался в днях недели. Последние десять-двенадцать дней превратились в один, но очень длинный и смазанный, словно кто-то пытался стереть грязным ластиком тонкую линию, начертанную простым карандашом.

– Суббота, – поправил его Герман, даже не обратив внимания на заминку, – Ты же не хочешь опоздать на киновечер, дружок?

– Конечно, нет! – Макс попытался изобразить энтузиазм и радость, но вышло настолько фальшиво, что он не поверил сам себе. Хорошо, что его спутник слишком занят своими мыслями, и не обращает на такие мелочи внимания.

– И пообещай мне, что не станешь соваться на эти этажи без взрослых. Без нас – никуда, – строго сказал Герман, – Во всяком случае, пока я тебе не разрешу. Здесь не безопасно, и ты не будешь приходить сюда один, идет?

Что же стряслось, если уже и Герман начал волноваться? Макс застыл, ощущая, как темнота завибрировала опасностью со всех сторон.

– Идет, – согласился он легко, – Как скажешь.

– Ты обещаешь мне?

– Обещаю, – сказал Макс твердо, прижимая к себе Защитника, – Обещаю, что не буду ходить сюда в одиночку.

И солгал.

3.

Киновечер мог обозначать только одно – сегодня ему снова не выспаться, и вместо того, чтобы отдохнуть в своей каюте, он обязан быть в общей комнате. Прежний Макс никогда бы не пропустил такое событие, а значит, придется терпеть, чтобы соответствовать изначальной модели поведения. Тот мальчишка, который был в прошлом, не имел ни забот, ни проблем, любил прогулки по кораблю, самодельных солдатиков, и одинаковые фильмы, засмотренные до дыр.

Макс с тоской глядел в иллюминатор, за которым звезды намертво вмерзли в бесконечный холодный космос. Не знай он правду о полете, решил бы, что «Легат» просто стоит на месте, висит, как елочная игрушка, которую забыли убрать в коробку, вместе с мишурой и гирляндами.