Четвертая повесть

– Я не думала об этом. Никто не спрашивал о нем.

– Мы скорее всего будем ехать через Серый город. Может лучше что-то сделать с ним?

– Что, например? Прижечь кочергой? – широко раскрыв глаза, спрашивала Маша, слегка нервничая.

– А что там такое? – поинтересовался старик.

– Да так, след из прошлой жизни, – ответил Айзек.

– А-а-а, – понимающе кивал старик головой. – У нас тут в деревне живет один такой, бывший городской. Беглец. Говорит, что в тюрьме побывал. Можно у него спросить про этот след.

Маша и Айзек внимательно посмотрели друг на друга.

На следующий день после обеда старик привел соседа. Это оказался мужчина невысокого роста, невзрачный на вид, юркий и веселый.

– Здоров, молодежь. Что там у вас за проблемы?

– Может, это не проблема, – с надеждой сказала Маша. – Может, никто уже не помнит об этих кодах.

– У нее на шее отменный товарный знак, – сказал Айзек.

– Показывай свой достояние, – обратился мужчина к Маше.

Маша встала у окна, чтобы номер возможно было увидеть.

– Где взяла? – спросил он.

– В крепости, – ответила Маша.

– Они такие побрякушки не забывают, это точно. Если здесь жить будешь, можешь не переживать. А если в город собираешься, могут отправить в дальние дали. Я в одном таком месте ребро потерял и три года своей жизни.

– Нет, – на Машу накатил ужас от воспоминания тех лет, которые она провела на корабле, – не хочу.

– Так что, с ним можно что-то сделать? – спросил Айзек.

Мужчина смотрел на Машу и улыбался.

– Либо резать, либо прижигать.

– А менее жестокий вариант есть? – Айзек смотрел на Машу.

– Есть, – кивнул мужчина, – в охране Серого города покажут.

– И чем прижигать? – спросила Маша.

– Да хоть палочкой. Только прижигать придется весь код. Если считают хоть одну цифру, на свободу уже не вернешься, там бежавших не любят. Филипповна, мазь у тебя волшебная от ожогов была. Осталась?

– Осталась, – вздохнула Филипповна с сочувствием.

– Мазь хорошая, шрамов видно не будет, если вовремя мазать. Сейчас найдем инструмент для пыток и все сделаем.

Машу это совсем не вдохновляло. Мужчина нашел палочку с карандаш, выпросил у хозяйки водку, протер ней Маше шею и поджег палочку о свечку.

– Садись на стул у окна, а ты иди, держать будешь, – обратился он к Айзеку.

– Думаете, она убежит? – спросил тот удивленно.

– Думаю, чтобы в обморок не упала. Иди, держи.