Альбедо. Книга I

Одно наслаивается на другое, и…

– И?

– И получается то, что получается. Не думаю, что должен тебе это объяснять.

– Ты снова пишешь? – кажется, в этот раз, он смог зацепить Варина. Во всяком случае, он удивленно поднял брови вверх.

– Пишешь – это очень громкое слово, мой дорогой Варин, – съязвил Лоренц, помрачнев, – Поэтому я бы не назвал это «писаниной». Пытаюсь писать. Это правильнее

– Да? И как успехи?

Лоренц вздохнул, но так и не ответил.

– Чем ты там собрался меня угощать, Варин? Ты же сам говорил, что о делах – только после еды, нет?

5.

Они закончили завтрак спустя половину часа, и Лоренц успел пожалеть, что не запасся выпивкой. Пища отрезвила его, привела в чувство, упорядочила мысли, и не смотря на блаженное тепло в животе, ощущение собственного бессилия опять подняло голову и накатилось на него с новой силой. Он безрезультатно хлебал зеленый чай, гримасничая при каждом глотке – во всяком случае, это было лучше, чем ничего, но желаемого результата так и не принесло.

Варин с отвращением наблюдал, как он закуривает очередную сигарету из многочисленных полупустых пачек.

– Тебе обязательно травить и меня, и себя?

– Обязательно, – хмуро подтвердил Лоренц, выпуская маленькое облачко дыма, повисшее над столом, – И ты это прекрасно знаешь. Так что можешь либо дальше читать мне лекции, или перейти к делу. Как я понимаю, визиты вежливости остались в далеком прошлом, так что можешь рассказать о цели визита. Что за новости там ты принес?

Варин аккуратно сложил грязную посуду на краю стола идеально ровной стопочкой, и Лоренц пожелал, что бы тарелки обязательно упали на пол и нарушили выстроенный порядок.

Перфекционизм литературного агента частенько становился ему поперек горла даже в лучшие времена, а теперь он вызывал только раздражение. «Надо толкнуть ножку стола. Тогда все упадет и разобьется на кусочки. И это будет куда лучше, чем…»

– Пока ты, например, чахнешь здесь, в мире происходят великие вещи, Лоренц. Люди изобретают новые лекарства, создают механизмы и сложные нейросети, совершают открытия.

Правительство утверждает новые законы и правила, принимает серьезные решения…

– Мне плевать на то, что происходит вокруг, Варин. Я думал, что это очевидно.

– Эх, это все твое показное безразличие и надуманная скептичность. Что ты видишь, сидя здесь, среди дыма и грязищи? Квадрат окна максимум?

– Квадрат окна с мартовским небом, – поправил его Лоренц – И мартовскими лужами на дороге.