Золотые ослы

Веня развеселился, расчувствовался до предела возможного и готов был поэтизировать все вокруг.

– Смотри, какие у вас здесь богомольные тропки! – воскликнул он, удерживая на себе ее и без того пристальное внимание.

– Богомольные? Почему богомольные? – удивилась она, готовая удивляться вновь и вновь.

– Смотри, как они крестятся… – показал вниз Веня.

И действительно несколько тропок на пустыре у дома, перекрещивались, образовывая кресты.

– Они крестятся и крестятся… Богомольные… – говорил с чувством Веня.

И дело было сейчас не в словах, а в том восторге, который он ощущал от общения с друзьями и предчувствие которого носил в себе с утра.

– И, правда, – вырвалось у Анаиды.

И тут Веня вспомнил, как она говорила о том, что лежит во всех видах на ковре, и увидел ее распахнутые ожиданием чего-то приятного глаза и понял, что он чересчур расчувствовался и его не туда понесло. Ему нужно было откатиться обратно, но от него сейчас ждали новых ассоциаций и удивлений. В это время на балкон вломился Андрей.

– Чего вы тут делаете? – спросил он весело и немного растерянно.

И Веня почувствовал, что его глаза кольнули его ревностью.

– Лучезарный говорит, что у нас тут богомольные тропки, – засмеялась Анаида.

На балкон за Андреем вышел Геша.

– Чего это мы здесь столпились?

– Богу молимся, – пошутил Веня.

– У вас здесь что секта? Тогда я с вами, – закряхтел смешком Геша.

Они стояли вчетвером и болтали. Затем снова пошли к столу. Аркаша засобирался уходить.

Все вышли в коридор его провожать. Еще посидели, выпили вина, поболтали. Незаметно свечерело.

– Десятый час, – сказал Веня и поднялся. – Мне пора.

Его стали уговаривать еще посидеть.

– Ма ждет, уже начинает нервничать. У нас с ней телепатическая связь.

– Я тоже поеду, – сказал Геша.

У лифта они еще постояли. Одни не желая отпускать гостей. Другие не желая уходить.

На улице Веня и Геша услышали, как их окликают сверху. Они обернулись и посмотрели вверх на восьмой этаж.

Друзья вывалились на балкон, что-то кричали им и махали руками. Веня и Геша помахали им снизу. Заходящее солнце отражалось от стекла балконной двери, делая его раззолоченным.

– И пусть солнце всегда светит нам, – сказал Веня, впитывая в себя картину уходящего дня. Ему показалось, что это никогда больше не повторится. Он никогда больше не будет стоять у этого дома. И ему сверху не будут махать его друзья. Все изменится и поэтому не повторится.