Двор Чудес

Лысый, с синюшным оттенком скелетообразный череп архиатра, торчавший из широкого белого воротника «фреза»[9 - Воротник «фреза» – круглый гофрированный воротник из накрахмаленной ткани. Принадлежность мужского и женского костюма знати в Европе XVI–XVII вв.], нагонял на меня страх с тех пор, как я впервые увидела его.

– Восемь часов, Ваше Величество, – прошипел сиплый голос рептилии, от которого встал дыбом каждый волосок на моей коже. – Уже утро, скоро наступит день…

– Да будет так! Мы отправляемся на покой, – объявил Король, протянув свою огромную шляпу Главному Смотрителю королевского гардероба, принявшему ее в обе руки так трепетно, словно она была украшена перьями ангела, а не павлина.

Армия камердинеров немедленно поспешила к монарху, чтобы забрать трость с жемчужным наконечником, а также снять с него королевскую портупею, жабо, украшенное драгоценными камнями, и камзол, расшитый золотыми нитями. Помпезный ритуал раздевания монарха являлся огромной честью для присутствующих и проходил под пристальным взглядом Главного Камергера – тучного, напыщенного вампира, увешанного лентами.

Зеленоглазый, черноволосый юноша справа незаметно поддел меня локтем. Это Рафаэль де Монтесуэно, молодой рыцарь из Кастилии, единственный оруженосец, проявивший ко мне дружеские чувства, когда я появилась при Дворе. У меня сложились неважные отношения с остальными оруженосцами. Эленаис де Плюминьи состязалась со мной в яростной борьбе за «Глоток Короля».

– Ты в порядке, Диана? – прошептал Рафаэль, коснувшись моей руки.

Согласно моде испанского Двора его ногти покрывал черный лак. Сердце накрыла печаль. Я не испытывала угрызений совести перед врагами, скрываясь под фальшивым именем, однако обманывать тех, кто искренне желал мне добра, было противно.

– В порядке. Отделалась легкой царапиной… – Я потерла щеку.

– Какая псина посмела испортить идеальное личико! – прошептал мне в шею до боли знакомый, вибрировавший от страсти голос.

Повернувшись, я увидела роскошную рыжую гриву виконта Александра де Мортанж.

Красивый вампир с ангельским лицом влюбился в меня. Вернее, в мой фальшивый образ. Стоило мне покинуть апартаменты, как он следовал за мной повсюду, не выпуская из виду.