Пена колдовских доменов

– Вернулся! – обрадовался Пуфф и проглотил слюну, да так шумно, будто ее было целое ведро…

– И еще, если в этом мире есть, конечно, – хозяин Замка тысячи миров мечтательно прикрыл глаза и в воздухе поплыл чудесный аромат.

– Кофе, обижаете… И я думаю не маленькую чашечку, а…

– Тазик, небольшой тазик, а то было так сыро, так грязно, – загнусил Пуфф.

Ян попытался ухватить котищу за ухо, но промахнулся.

– Незя, я это, как его, домашний Хранитель очага! Во! Не, домашнего очага или… Животных бить нельзя! Нужно гладить и чесать за ушком! Хорошо кормить…

– А хранитель руки мыл перед едой?

– Я весь мылся, в окопе, на берегу озера.

Пуфф предъявил свои передние лапы, на них засохли комки белой глины. На Марка было страшно смотреть.

– А, лапы? Счас.

Безобразник высунул язык и по-кошачьи принялся облизывать глину, периодически сплевывая на пол.

– Ну, знаешь… – и интеллигентный демон потерял дар речи.

– Знаю, но так крепко пристала, – нагло ухмыляясь, ответил Пуфф.

– Насчет тазика это он у нас… – начал Ян, но задумался, подбирая определение помягче.

– Хам трамвайный, – закончил Марк, наконец, приходя в себя.

– Сейчас сделаю кофе и разогрею шашлык, вчерашний, но хорош! В дождь я обычно не готовлю, все равно никого нет, – и хозяин удалился.

– Это кондуктор или контролер? – на голове Пуфа появилась фуражка, в одной лапе рулон бумажных полотенец с изображением билетов, в другой – компостер соответствующего размера. Морда приняла озадаченное выражение.

– Пассажир, – хмыкнул Ян, снимая кроссовки и вытягивая ноги к огню.

Марк и Пуфф замерли, с ужасом наблюдая за шефом…

– Вы чего? Ноги у меня мокрые и замерзли. Не до приличий, тело на сухое место ставить надо было, – произнес Ян назидательно, заталкивая большой ком бумаги во вторую кроссовку. Тем временем от красных носков начал подниматься пар.

– С вами все в хорошо? – осторожно осведомился Пуфф, пряча на всякий случай компостер за спину.

– Какое к лешему «хорошо», – передразнил шеф, придвинувшись к камину, – носки сырые, в животе урчит!

Компостер выпал из лапы Пуффа и глухо ударился об пол.

Вернулся трактирщик и поставил на стол большое блюдо подрумяненного дымящегося мяса и тарелку со стопкой черного хлеба. Ян прикрыл глаза и всем своим существом ощутил восхитительный запах сочных, покрытых изумительной корочкой кусочков, запах теплого ржаного хлеба.