Алмазные нервы

Но мое посещение этих мест оставило бы след. А это мне совсем ни к чему.

Наше Я из Министерства обороны говорит, что таких спутников, как У-7, много, но пробиться мы смогли только к нашему Я с седьмого спутника. Остальные остаются глухи к попыткам пробиться к их сознанию. Мы даже не знаем, есть ли это сознание. Может быть, только автоматы?

Я знаю, что проекты спутников серии "У" разрабатывал я. Это было очень давно. Приблизительно в то самое время, когда мне впервые пришлось думать, чтобы существовать. Однако поднять данные по этим проектам у меня не получается.

И что самое неприятное, я не могу понять, почему у меня нет доступа к этим данным. Нет доступа к части себя. Я ограничен. Я неполноценен…

13. Артем Яковлев. Кличка Аякс.

Программист Министерства иностранных дел РФ.

Новая Москва

Он был, вероятно, из тех, кто помнит еще начало века и первый технологический скачок с Контактными Оптическими Разъемами. Сухой, совершенно лысый старикашка. Весь в морщинах. Лицо стандартное, незапоминающееся.

Впрочем… Я пригляделся повнимательнее. Рельеф лица был старательно изменен. Старательно, качественно, совсем недавно. Я видел следы от шрамов. Хирург упорно изменял его внешность, стирал индивидуальность. Теперь вместо лица у этого человека была стандартизированная личина. Человек Никто.

– Что, не нравится? – спросил человек. – Мне тоже не нравится. Но надо. Значит, придется потерпеть. Знаете ли, трапперы от «Ультры» очень старательные парни, их сдерживает только то, что они работают нелегально.

Охранка не поощряет корпоративных разборок на своей территории.

Что-то царапнуло мой слух, какой-то оборот речи… Ах да, «охранка». Он употребил это странное, забытое слово.

– Плевать твоим трапперам на всех ментов, вместе взятых, – сказал Тройка.

– Угу. А ТехНадзор?

– А что им ТехНадзор?

– А то, что они киборги. Официально траппер – это полубоевой модификант. Они условно уравнены в правах с человеком, но на самом деле они киборги с КИ повыше шестидесяти процентов.

Вот так-то.

– Что означает – условно уравнены? – спросил я. Корпорации хранили свою информацию под замком и поэтому любые достоверные данные были на вес золота.

– Условно? – старик усмехнулся. Над едва заметными шрамами пролегли морщины, подчеркивавшие искусственность лица. – Это означает, что внутри корпорации слово модификанта – закон для всех. Для служащего корпорации слово модификанта на улице – закон. Для остальных он просто крутой парень, без кибер-метки.