Алмазные нервы

Игорь всхлипнул, потер покрасневшую щеку и довольно связно объяснил:

– Я проиграл. В «Некрокиллер», во второй… На наркотиках был, иначе я и не сел бы, да еще с такими ставками. А утром проснулся, мне говорят – проигрался, давай рассчитывайся.

– Кому проиграл?

– Да тут одним… Я их по кличкам знаю. Грызун и Дайвер.

Ничего знакомого. Видимо, мелочь. Спекулянты кибертехникой.

– Я ж не помню ничего, думал, они про деньги, а они – ты жизнь свою проиграл, так что давай становись вот сюда, сейчас мы тебе чего надо вколем – и на запчасти… – Парень икнул, словно собираясь вновь зарыдать, но удержался.

Да, большая часть Белого Моря и впрямь принадлежала московским неграм. Порядочки там царили еще те, и я, честно говоря, в Белое Море был практически не вхож. Слишком уж дикое место. Знал, конечно, кое-кого, но не до такой степени, чтобы без приглашения разгуливать в черной зоне.

Поэтому я хотел было предложить парню два варианта: возвращаемся домой вместе или я бросаю его прямо здесь и поспешно уезжаю, но он добавил, шмыгая носом:

– НЕРвы какие-то новые должны мне передать. Вернее, документацию какую-то на микрокристалле…

Я насторожился.

– Новые? Паленые тайские или новогвинейские?

– Нет, принципиально новые, – замотал головой Игорь. – Типа бриллиантовые… Или алмазные…

Я вздохнул и тронул «ниссан» с места.

Парень расцвел. Судя по всему, поездка к. Черным в компании с приятелем всемогущего Шептуна казалась ему безопасной. Знал бы он, что Шептун и сам в Белое Море без крайней нужды не суется. Черные – люди суровые. Шуток не любят.

Слева потянулся бетонный забор, покрытый граффити и неопрятными потеками. Из пролома выглянула черная рожа и тут же скрылась. Справа продолжался пустырь, показались недостроенные здания.

– Куда конкретно ехать-то? – осведомился я.

– К бассейну, – буркнул Игорь, вертя в руках пистолет.

– Ты эту гадкую цацку, – посоветовал я, – засунь под сиденье, чтобы Черные Братья не засекли. А то вставят тебе ее кое-куда… Да еще и на курок нажмут.

Он послушно спрятал пистолет под сиденье. Я свернул в еле заметный проулок между уходящими ввысь железобетонными глыбами, и мы въехали на асфальтированную площадку.