Дважды возрожденный

– Не прячь свой страх за бравадой, – сказала она очень тихо, но все присутствующие услышали и обратили свои взгляды на него.

Даже Малыш с Мишкой прервали обсуждение специфики одновременного употребления коньяка с пивом и повернулись к нам.

– Да я сейчас эту козявку кривоногую изуродую как бог черепаху! – уперся горящими злостью глазами в гномиху разозленный правдой сказанной вслух Мотор. – Все рано терять нечего! Сожрут нас… Сожрут и не подавятся. А так хоть напоследок потешимся… – Он достал из-за голенища высокого кожаного сапога, короткий нож с широким изогнутым лезвием и недобро улыбнувшись, двинулся в сторону гномов.

Мотор разошелся не на шутку. Он действительно собирается пустить нож в дело и вспотрошить столь нелюбимых гостей. Гномы разом вскочили на ноги и прижались спинами к стене. У обоих в руках появились узкие длинные стилеты из темного камня. Похоже, что даром они свои жизни отдавать не собираются.

До сих пор я думал, что они мирные существа и оружие не применяют. Иначе, зачем мы тут? Зачем нам защищать их от всяческих зверей возле шахт?

– Стой! – хватаю Мотора за плечо. – Стой Мотор! Сперва разберемся с теми, кто с наружи, а потом … – Я задумался, подбирая нужное слово. – Потом будет потом. Остынь.

Гномиха бросила в мою сторону благодарный взгляд. Я сделал вид, что ничего такого не заметил.

– Ладно, – недовольно пробурчал Мотор резким движением сбрасывая мою руку с плеча.

Похоже, он рад, что кто-то его остановил, но старается этого не показывать.

Как только я отошел от него, Аня опять прижалась ко мне дрожащим телом в поисках защиты.

– Я боюсь! – тихо шепчет она. – Я не хочу так умереть!

– Держись Анютка! – мой голос звучит никак не успокаивающе. – Прорвемся.

– Правда? – с надеждой шепчет она, заглядывая в глаза в поисках подтверждения сказанного.

– Да. Все будет в порядке, – стараюсь врать убедительней.

Лично я почти не верю в последний рубеж.

Краем глаза вижу гномью самку, с недовольным лицом усаживающуюся на прежнее место. Если я разбираюсь в женщинах, то мина недовольства была вызвана моим поведением в отношении Ани. Дожился, какая-то лишайная гномиха ревнует меня к очень даже симпатичной девушке. Абсурд!

Из тьмы лестницы выныривает хромающий Мичман.       Теперь в комнате собрались все.