Дважды возрожденный

Его длинные мускулистые ноги более подходят для этого мира, чем колеса автомобиля. Были б мы на хорошей трассе, тогда я показал бы этой твари мощь человеческой техники. А так… Я тяжело вздохнул, и резко вильнул рулем, проводя черное тело джипа по самой кромке кротовьей воронки, диаметром метров в пять. Машина взбрыкнула задом и, накренившись на правый бок, выбросила из-под колес веер каменной крошки.

В ответ на мои маневры из-за спины раздался отборный мат в подробностях комментирующий мой стиль вождения и здешние дороги.

– Извини. Отвлекся.

– Ты пореже так отвлекайся! – зло рявкает Стас. – А то потеряешь меня на очередном повороте!

Его упрек полностью обоснован. Из-за моей невнимательности мы могли попасть в лапы преследователей.

Впереди мелькнула среди серых камней полоса желтого песка.

– Вот черт! – громко чертыхнулся я.

– Что еще? – наклонился через спинку сиденья Стас. – Чем ты меня еще порадуешь?

– Песок! Держись крепче!

Он бросил карабин на пол и обеими руками ухватился за металлическую арку из труб служащую крышей нашему открытому автомобилю.

Желтый пульсирующий свет резко выделяется на фоне серого окружения. Он кажется чем-то чужеродным на фоне высоких серых скал, обступивших нас с двух сторон. Это как будто идешь по длинному узкому коридору, где-то высоко виднеется грязно-серый потолок с засиженными мухами тусклыми лампами, отбрасывающими мутные тени на серые дешевые обои стен, и вдруг на полу видишь лужу желтой фосфоресцирующей краски. Вот в нашем случае то же самое.

Этот песок – одна из многочисленных загадок этого мира. Пятна фосфоресцирующего песка исчезали и появлялись сами по себе. За исключением свечения и столь необычного поведения это был самый обычный песок. Лена, шутя, называет его бродячим лишаем. Как на меня, она не совсем права, лишай вроде не желтого цвета, разве только если намазать его йодом.

Именно то, что это обычный песок, и вызвало мое волнение. Наличие полосы песка означает буксование. А если буксование, то потеря скорости.

Я прервал логическую цепочку с предполагаемо невеселым, по крайней мере, для нас, концом и приготовился к резкому торможению.

Если мы влетим в это препятствие на большой скорости, очень высок шанс, что нас занесет и ударит о близлежащие скалы.

– Тормози! – взволнованный хрип попутчика над правым ухом заставляет меня вздрогнуть.