Дважды возрожденный

Единственная наша вина в том, что мы поздно его засекли. Наверное, он был очень осторожен. К тому же мы не рассчитывали, что у противника окажется столь мощное оружие… Это что-то вроде метателя плазмы… Я в этом не разбираюсь, но ничто другое не могло оказать такой разрушающий эффект. Хотя… – Я задумался, вспоминая давно забытую университетскую физику. – Высокотемпературная плазма! Именно она могла вызвать плавление скальной породы.

– Ясно. Пусть будет плазма. На текущий момент это не принципиально. – Мичман пристально посмотрел на меня.

Слезаю со стола и начинаю ходить по комнате, думая, как бы объяснить увиденное у шахты. Привычка у меня такая. Вредная. Как только начинаю о чем-то напряженно думать или волноваться сразу же перехожу в режим постоянного хождения. Вот и сейчас я меряю просторную комнату от стены к стене. Наконец останавливаюсь у окна, и глядя на острые скалы северного ущелья, из которого мы недавно вырвались, говорю:

– Он был жив.

– Кто? Труп? – искренне удивляется Стас.

С подробностями рассказываю об увиденном.

В комнате наступает тишина, нарушаемая только кашляющим гулом двигателя снаружи. Выглянув, вижу щуплую фигурку Малыша копающегося в двигателе шикарного вездехода. Вечно он с ним возится. Хорошая машина, но больно уж капризная. А здесь с СТО проблема.

– Надо предупредить гномов, – тихо произносит Стас.

– Нет, не спасут, – отрываюсь я от созерцания замусоленных штанов Малыша и отхожу от узкой вертикальной щели окна. – Ты был снаружи, и сам видел, какая температурная волна пошла после взрыва. Так вот, такая же волна пошла и внутрь шахты… А теперь еще добавь к этому замкнутость помещений. Волна раскаленного воздуха должна была штормом пройтись по туннелям, сжигая все на пути.

Стас мрачно кивнул головой и развел руками, выражая полное согласие с моей невеселой, но очень реалистичной гипотезой.

– Они уже и сами в курсе. – Я и не заметил, когда Мичман успел набить свою трубку. – Сегодня гномы приедут разбираться. Они собираются определить степень вашей… – он запнулся, – нашей вины.

– Когда? – переспрашиваю я.

Такое событие у нас будет впервые. До сих пор гномы в Цитадели не появлялись. Мне кажется, они ее боятся как черт ладана.