Сталкеры времени

Я, когда одевался в бассейне, одной ногой наступил в небольшую лужицу, поэтому на полу сейчас осталась цепочка мокрых пятен от моих ног.

– Боже мой! У ребенка ещё и ноги мокрые!

– Извините, это я в бассейне в лужу наступил, когда одевался, – покраснел я.

– Немедленно снимай носки! Я дам тебе сухие.

– У меня колготки…

– Значит, снимай их, я повешу сушиться. Пошли со мной, найду тебе замену.

Я посмотрел на генерала, а он лишь виновато пожал плечами и кивнул, чтобы я подчинился.

Елена Афанасьевна провела меня в большую комнату и показала на кресло:

– Садись и снимай мокрые вещи.

– Немного в самом низу. Я спешил, так получилось…

– Снимай всё. Я дам тебе вещи внука.

Она вышла в другую комнату и скоро вернулась, протянула мне светло-голубые колготки и красные трикотажные шортики, мои же вещи пристроила на горячую батарею отопления сушиться.

– Это вещи нашего Андрея, младшего внука. Вы примерно одного роста, тебе будут впору.

– А где ваш внук?

– С родителями в другом городе.

Переодевшись, я вернулся на кухню и сел за стол. Поначалу было неловко, всё-таки в доме самого генерала находился и не понимал, зачем меня сюда привезли. Но генерал и его супруга спокойно пили чай и задавали совсем обычные вопросы: как учусь, да есть ли какие проблемы, в общем, ничего такого, что могло бы прояснить причину приглашения в этот дом. Я отвечал, конечно, как положено.

– Значит так, Виктор: на службе, в кадетской школе, в научном городке, в воинской части, я – товарищ генерал, а ты – товарищ кадет. Здесь, в моём доме, я просто Николай Григорьевич. Ну а ты, соответственно, просто Витя. Договорились?

– Так точно, товарищ ге… ой… Николай Григорьевич!

– Наконец-то! – обрадовалась Елена Афанасьевна, – А то я никак не могу взять в толк, неужели вам эти уставные обращения не надоели? Уж дома-то можно обойтись без официальных церемоний! Это тебя, Коля, касается в первую очередь.

– Кстати, Витя, ты, действительно, немножко похож на нашего внука, особенно в этих красных шортах, в которых он пробегал лето.

Я опять засмущался и заёрзал на стуле. Наверное, даже немного покраснел, потому что почувствовал, что уши у меня стали горячими.