Команданте Май

Наверное, мой сегодняшний вид слишком отличается от нафантазированного…

– Не веришь, – вздохнул я, и добавил, уже из вредности, чтобы он не слишком-то грустно поглядывал на меня: – Ещё неизвестно, каким ты станешь, когда доживёшь до моих лет.

– Пфы! Когда ещё мне станет, сколько тебе сейчас!

– Взрослым надо говорить «вы», – проворчал я. – Мы с тобой на брудершафт не…

– Что такое «брудершафт»?

– Ритуал такой. Узнаешь в своё время.

– Пфы!

Какое-то время мы шли молча. Он чинно шагал рядом и не задавал вопросов, видимо чувствовал, что я немного огорчён.

А я поймал себя на мысли, что мне жаль, что игра так быстро закончилась, даже не успев начаться по-настоящему. Что ж, может это и к лучшему, чтобы не расстроиться ещё больше.

– Осторожней с желаниями, они могут исполниться, – сам не ожидая, задумчиво произнёс я, как оказалось – вслух.

Это не ускользнуло от Тима. Он быстро глянул на меня, сам взял меня за руку и тихо спросил:

– Разве это плохо, когда желания исполняются?

– Смотря какие, Тим.

Иногда лучше, чтобы они так и оставались желаниями и не исполнялись.

– Но почему?

– Не знаю. Так говорят. Наверное, потому, что человек сам не знает, что ему делать, когда заветное желание исполнится. Это относится к таким желаниям, которые не могут сбыться в принципе. Неисполнимые желания. Человек в своих мечтах может желать такого, что в жизни не может случиться ни при каких обстоятельствах. Один шанс из тысячи, из миллиона. И если этот шанс вдруг выпадет, то человек теряется, не знает что ему делать, к чему стремиться, ведь мечта сбылась.

Она сбылась, а он не знает, что с ней делать. И мечты уже нет, стремиться не к чему, ждать нечего. Поэтому он боится исполнения своей мечты и неосознанно делает так, чтобы она никогда не исполнилась. Думаю, именно отсюда появилась такая поговорка.

– Странно как-то: мечтать и в то же время желать, чтобы мечта не сбылась.

– В жизни много странного и непонятного.

– А ты? – он не обратил никакого внимания на моё замечание по поводу обращения к старшим.

 – Ты боишься?

– Конечно. Боюсь споткнуться и сломать что-нибудь; боюсь заболеть тяжелой болезнью и попасть в больницу; боюсь за своих детей – у человека есть много причин для боязни. Ничего не боятся только дураки. Все нормальные люди хоть чего-то, да боятся. Вот ты, например, боишься грозы – это мне известно. Наверное, чего-то ещё боишься, но это нормально.

– Я не об этом, – Тим досадно дёрнул плечом.