Знакомство с Македонией

Вот один за другим миновали Ягодина, Чуприя, Парачин, Ражань, Алексинац, и вот, наконец, Ниш, где была единственная долгая (20-минутная остановка). В Нише водители поменялись местами.

Южная Сербия из окна автобуса не доставляла особой радости. Да, природа красивая, всё более высокие горы. Но ощущался и гораздо более низкий уровень жизни, чем в Белграде и Воеводине. Чувствовалась и близость опасного Косово – на дороге встречались вооружённые патрули полиции и жандармерии. Однако на наш автобус сербские силовики не обращали никакого внимания, нас ни разу не останавливали.

Примерно в районе Владичин-Хана стали часто попадаться дорожные работы: строительство нового полотна и путепроводов, возведение мостов и реконструкция туннелей. Как я узнал позже, эти работы проводились по всей сербской части европейского коридора А1. Реконструкция одного лишь туннеля Манайле возле одноимённого села возле Владичин-Хана оценивается более чем в 30 миллионов евро. Естественно, огромную роль в финансировании работ играл Европейский Союз.

Во Вране моя бабушка-соседка сошла, вместо неё на сиденье рядом со мной уселся молодой македонец. На пути от Вране до Прешево всё чаще попадались мечети. Последней остановкой на территории Сербии стал город Буяновац. В нём примерно равными долями проживают сербы, цыгане и албанцы. Соответственно, из автобуса сразу стали чаще видеться смуглые лица, а в городе были заметны надписи на албанском языке.

Приблизительно в 18.30 мы уже были на сербско-македонской границе, переход Прешево-Табановце. Сербскую часть проходили дольше, македонскую – быстрее. Сербы штамп в мой загранпаспорт не ставили. Большинство пассажиров вообще были не с паспортами, а с простыми личными картами (по размеру как банковские), которые действительны в Боснии и Герцеговине, Черногории, Сербии и Македонии.

Мы пешком прошли через КПП, снова сели в автобус и уже оказались в Македонии. Македонский полицейский сам зашёл в автобус, поприветствовал всех и начал собирать паспорта и личные карты.

– Ооо, русский! Путин! – улыбнулся македонский полицейский, увидев мой российский загранпаспорт.

– Я – не Путин, – резонно пытался возразить я.