Между Первой и Второй

Понимаете теперь, для чего было важно запомнить эту фамилию?

Цитата из книги «Записки русского изгнанника»:

«Я знал Парагвай уже с детства, т.к. с семилетнего возраста увлекался индейцами, а 16-летним юношей мечтал о возрождении этой героической страны, задушенной завистниками, – точно так же, как зависть немцев, англичан и пр. давила Россию и не давала ей выбиться в политическом и культурном отношении вплоть до первой мировой войны…» И. Т. Беляев

Всё-таки он был романтик.

В Парагвае

Как ни странно, благодаря Беляеву новая родина – Парагвай, приняла несколько сотен русских белогвардейских офицеров, которые, по прибытии, с удивлением обнаружили, что сам Беляев здесь увлечённо борется за права угнетённых меньшинств.

«Всё-таки годы борьбы с красными для него не прошли даром», – качали головами одни. «С кем поведёшься, с тем и надерёшься», – ехидно соглашались другие, но спорить с генералом уже никто не хотел.

В данном случае, угнетаемым меньшинством были местные индейцы, которые о том, что их угнетают узнали от самого Беляева, за что и были ему премного благодарны.

Рядом, в соседней Боливии, тем временем, подозрительно концентрировались ветераны Германских Вооружённых Сил. Было похоже, что там готовится плацдарм для новых свершений во славу Великой Германии, хотя сами немцы утверждали, что находятся здесь с чисто антропологическими целями.

Они так и говорили, если доводилось встретиться в кабачке с русскими, – Что вы, господа, какая-такая идея пангерманизма? Мы простые орнитологи собираем здесь редкие орхидеи.

За что и бывали биты.

Но, ей Богу, господа, ну нельзя же так бессовестно врать!

Для справки:

Пангерманизм (нем. Alldeutschtum, лат. Pangermanismus) – движение, в основе которого лежит идея политического единства германской нации на основе этнической, культурной и языковой идентичности независимо от того, где в данный момент проживают немцы.

Проще говоря – Если, немцы здесь живут, значит это и есть – Германия.

Это удобно.

Русские и Немцы

Офицеры, ветераны двух проигравших армий, здесь получили второй шанс выяснить между собой отношения. Смыть обиды от проигранных когда-то битв в далёкой, теперь уже Европе. Такие разговоры постоянно велись по обе стороны границы. Но иногда случались и совместные диспуты если оппонентам выпадало встретиться в питейных заведениях или просто на улице.