За буйки заплывать – разрешается!

Да и тебе по поводу моего прибытия! – остановил Феликс Валентина.

– Есть два варианта! – сказал Валентин, закрывая дверь в ванную, – один здесь рядом в ларьке, как выйдешь за ближнее КПП. За жилыми домами. Но там мафия торгует. В бутылки из-под вина разливает немного водки, разбавляют водой, а вино разбавляет марганцовкой для цвета. Водку тоже разбавляет водой наполовину. Больше бутылок получается. Дёшево и сердито. Есть большой магазинчик в посёлке, но это гораздо дальше. Минут тридцать идти надо. А в ларьке мафия: попробуешь возражать – могут и морду набить, а могут и ножом пырнуть.

Феликс усмехнулся. Полуразваленная, воюющая Россия – это что-то. Везде одно и то же.

Он махнул рукой – мол, разберёмся. И они вместе зашагали на завтрак в столовую.

После завтрака Феликс пошёл сдавать положенные анализы, а Валентин направился на свои философские и религиозные беседы и диспуты.

Простояв изрядно в очередях таких же отдыхающих, как он, прошёл необходимые процедуры. Симпатичная врачиха прописала ему всевозможные лечебные процедуры, бассейн, массажи, сауну.

Потом надо было выстоять в очередь к медсестре в лечебном корпусе. К одиннадцати часам Феликс был уже свободен и направился в дальний магазин за водкой и шампанским.

«Отдых начался неплохо!» – думал он.

Купив в магазине водку «Распутин» и бутылку «Советского шампанского» он пошёл на пруд к Роберту.

– О, это вещь! Распутин! Класс! Будешь немного? – спросил Роберт, любовно гладя лик старца на этикетке.

– Нет, сегодня не буду! – улыбнулся Феликс, – мне надо ещё пару процедур пройти и врачам показаться! – соврал он.

Не хотелось пить с утра.

– Тогда так! – остановил его Роберт, – за буйки тебе заплывать теперь разрешается, но до девяти часов и после восемнадцати! Сам понимаешь, когда руководство здесь – это не разрешается! – вздохнул он и потом добавил, – а напарнику я про тебя все передам, что ты нам ничего не должен.

Довольный Феликс пошёл на лодочную станцию, располагавшуюся на этом же пруду, но с противоположной стороны. До обеда было ещё далеко, значит Валентин ещё ведёт свои «философские или религиозные споры» с какой-нибудь мадамой морпехшей. Так что можно пока отдыхать.

Глава 2.