Игры со смертью

За толстыми стеклами линз блестели умные, смеющиеся глаза. – Кому ты её давал? Министру или народу и президенту?

– Конечно не министру.

Александр затушил сигарету, и наклонился к нему так низко, что почти лег грудью на стол: – Значит ты намерен стрелять в тех кому давал присягу?

Романов молчал. Он и до этого разговора прекрасно понимал, что означает это назначение, но вопрос в лоб полностью его обезоружил. Александров ждал. Секунды скрипели в мозгу майора как несмазанное колесо телеги. Все, что он мог сказать в свое оправдание теперь оказалось таким пустым, и не достойным боевого офицера, что Владимировичу было даже стыдно произнести это вслух.

После двух минут напряженного молчания нежданный гость вдруг поднялся, подошел к окну, развернулся к нему спиной, и оперся руками о подоконник: – Хочешь я покажу тебе то, что произойдет там, в Форосе? Романов поднял голову, и с удивлением посмотрел ему в глаза.

«Летняя, душная ночь была в самом зените, когда на извилистой дороге, в направлении дачи послышался шум моторов.

Едва сонные солдаты успели занять свои места как к КПП подкатил КАМАЗ. Из кабины выпрыгнул полковник, и направился к шлагбауму.

– Кто старший? – строго спросил он.

Из помещения выглянул заспанный лейтенант: – Я, а в чем дело?

– Как разговариваешь со старшим по званию?! – рявкнул на него полковник. – Поднять шлагбаум.

– Ваши документы. – лейтенант, на всякий случай, выпрямился, но устав нарушать не собирался. Было слышно, как в караулке щелкнули затворы автоматов.

КПП готовилось к отражению нападения. Приказ никого не впускать на территорию им пришел еще прошлым утром.

– Кто командует охранением? – тон полковника стал более мягче. Он прекрасно понимал, что в данной ситуации лезть на рожон не стоит.

– Майор Романов.

– Вызовете его сюда.

Лейтенант скрылся в караулке, а его место заняло трое солдат с автоматами на изготовку. Через несколько долгих минут офицер снова вышел к шлагбауму: – Товарищ майор прибудет сюда через пять минут.

– Хорошо, мы подождем. – полковник вернулся в машину, и КАМАЗ заглушил мотор. Ночная тишина снова завладела миром. Как и было сказано, ровно через пять минут со стороны дачи к КПП подъехал УАЗ.

– Кто меня спрашивал? – Романов явно нервничал, а потому его тон был груб, и резок.

– Майор, тебя беспокоит полковник Конышев. Слышал о таком? – к шлагбауму снова подошел все тот же офицер, но уже в сопровождении двух бойцов.

– Доводилось. – уклончиво ответил тот.