Выкормыши. Том первый

Оба цилиндра верной Плотвы, задыхаясь от наполненного солью воздуха, проталкивали мотоцикл и пилота сквозь вечерние сумерки Пустоши.

Когда-то давно он выжимал бы из мотоцикла все без остатка, дышал бы через газик и прикидывал, сколько понадобится алкоголя, чтобы вывести из организма поганые изотопы цезия.

Сейчас всё было иначе. Гашетка откручена всего на две трети от максимума, лицо прикрывала только плотная арафатка – да и то больше по привычке, чем для защиты от пыли. Пыли в обычном понятии в Пустоши не водилось, а вот вездесущая соль кристаллизовалась на любом влажном предмете.

Сорог облизнул губы – от соли арафатка все равно не спасала.

Сама по себе Пустошь представляла собой идеальную трассу. Ровная корка спекшейся за века светло-серой породы не имела ни колдобин, ни выбоин, коими славились дороги родины. Такая поверхность раскинулась на сотни дней пути окрест. Однообразие серой равнины нарушалось редкими каменными островами, на которых жили местные, да разноразмерными зелёными лужами.

Лужи эти, правда, случались размером с озеро или даже море, но глубиной были от силы по щиколотку, поэтому более благозвучного названия получить не могли.

Одним из неприятных свойств луж была их подвижность. Растворяя верхний слой солончака, зелёные пятна достаточно быстро перемещались в только им понятных направлениях. В отличие от островов нанести их на карту было нельзя. Ездить по ним тоже не стоило.

Понемногу темнело, но дорогу до Кузниц Сорог прекрасно знал и без карт.

Тем более что езды оставалось от силы часа пол, и это если не ставить рекорды скорости.

Справа виднелся островок, настолько крохотный и крутобокий, что никак не подходил для заселения. Может быть, именно поэтому практически весь южный склон порос местной кривой и узловатой берканой. В любом другом месте чёрно-белым стволам и похожему на папоротник подлеску быстро нашли бы применение.

В луче дальнего света фары показался отблеск зелёного. Сорог чуть сбросил скорость и вгляделся.

Не показалось! Сразу за островком поперёк его пути тянулась лужа. Не так чтобы уж очень большая, но объехать придётся.

Он уже обошёл по кривой дуге большую часть препятствия, когда метрах в двадцати перед ним мелькнула белая фигура лисы. Лисы водились на Пустошах, равно как ещё несколько десятков видов животных, не представляющих опасности для человека. Встретить лису – это нормально, если бы не одно но. Лапы и серый мех зверя были забрызганы зелёным.