Риданские истории

Возвратившись примерно к тому месту, где Люси отыскала кортик Хью, после недолгих споров с Трэвисом, по компасу было выбрано восточное направление среди поскрипывающих деревьев. Уилфред шел впереди, подсвечивая землю пламенем факела, за ним шагала Люси. Замыкал цепочку хмурый Трэвис.

– По наблюдениям Сэмюэля мы приближаемся к голой равнине, – буркнул он, шелестя башмаками о верхушки трав. – Что мы найдем на плешивом куске гладкой земли, Уилф? Нужно идти на запад, к высоким скалам. Там опасный ландшафт, Хью мог запросто оступиться и сгинуть среди камней…

В этот самый миг громовой удар, не только разорвавший оглушительным треском грозовое небо, но и пронесшийся полноценной пушечной канонадой на далекие мили вокруг, легко заглушил голос Трэвиса.

– Уилфред! – в ужасе закричала Люси, выронив факел из рук, который чуть не обжог лицо Трэвиса, повалившегося рядом с Люси. – Что происходит? Я не могу подняться на ноги!

– Агрхрх! – прохрипел Трэвис и перекатился на живот. Уперевшись руками в дрожащую землю, он приподнялся на колени, но тут же вновь оказался лежащим на спине.

– Лучше не двигаться, – посоветовал Уилфред, заметив неудачи Трэвиса. – Подождем, пока прекратится эта сумасшедшая тряска.

– Если только нас не завалит падающими деревьями, – прорычал матрос, но к счастью, серые раздвоенные стволы с руками-ветвями крепко держались на корнях.

Прошло с минуту, которая показалась им вечностью, и шум стал смолкать, как и утихала земная дрожь. Среди лесных прогалин чуть дальше на востоке, блеснуло яркое зарево нежного аметистового цвета и тут же угасло, уступив воздушное пространство грозовым вспышкам. Резкий порыв ветра тронул макушки деревьев и умчался на север.

– Ты все еще считаешь, что нам нужно двигаться на восток, Уилф? – крепко встав на ноги, Трэвис помог сначала подняться Люси, а затем протянул руку Уилфреду.

– Мы обязаны выяснить, что происходит здесь, чтобы понять, как нам отсюда выбраться, – твердо сказал тот. – Я не согласен томиться в неизвестности и ждать, когда на море будет штиль. Три дня не утихает шторм, разбивая волны о прибрежные скалы. Я забыл, как выглядит солнце и безоблачное небо.