Возвращение

Потом в команде с инженерами Дмитрий разработал концепцию стазискапсулы, в которой можно было приостановить процесс мутации, и сохранить человека в состоянии летаргического сна довольно долгое время.

Биологи, генетики и техники собрали такую установку прямо на этой базе, когда команда учёных только прибыла. Анна работала вместе со всеми, но за всё время работы, кроме как «здравствуйте, товарищи» утром, и «твою мать, техники!» в течение дня, ничего другого от Дмитрия не слышала.

Он был гением, так что людей видел, наверное, только как набор, нужных ему навыков и знаний.

Как сегодня утром. Ему нужен был хирургический стол для сбора образцов. Значит, нужен техник, и плевать, что батальон мегов заходит в лобовую атаку. Техника прямо сюда, сейчас. Сдохнуть имеет право не раньше, чем запустит нужное оборудование.

– Да уж… – Лазарева усмехнулась собственным мыслям. – Чёртов гений.

Дмитрий с Костей, пригибаясь от ветра лопастей вертолёта, побежали к штабному боксу, где ждал командир базы полковник Матвеев.

С того места, где стояла Анна, их было хорошо видно, только слова долетали не чётко:

– Разрешили… давайте прямо сейчас…

– Лазарева! – окликнули её.

Анна обернулась, увидела дежурного по базе.

– На совещание к командиру. Через пять минут в конференц-бокс! – крикнул тот.

– Есть.

Когда она вошла в вагончик, командир и остальные офицеры уже были здесь. В том числе и первая смена оперативного центра базы. Группа из шести человек операторов и их старшего – лейтенанта Самойленко, опытного и ответственного парня службы наблюдения.

Анна помнила, что его и ребят его смены, ещё в прошлое совещание прочили в группу наблюдения при проведении операции «хамелеон». Похоже, дело в этом. Бестужев привёз «добро» на поход в улей. Чёрт, добился всё-таки.

Офицеры были заняты разговором, так что никто не обратил внимания на лейтенанта технической службы, приставившую руку к голове для приветствия. Услышав о чём говорят, Лазарева молча встала у дверей.

– Мы можем провести операцию «хамелеон» завтра с утра, – говорил Бестужев. – С нашей стороны всё готово.

На интерактивном столе светилось изображение карты с отметками расположения ульев всего региона, граничащего с Казахстаном. Самый большой – Курганский, площадью почти четыреста квадратных километров. В сравнении с ним двадцатикилометровый Хромтау был едва заметной точкой.

Размер улья напрямую зависел от места приземления сердечного корабля пришельцев.